Республика Татарково – 1. В тихом омуте

Павел Павлович несколько поостыл, и в первый ряд не высовывался.

– Ты что, не слышишь, Пашка? К тебе обращаюсь.

– Кхе, слышу, Родион Саныч, – ответил сипло Павел Павлович и подкашлял в кулак. Перед ним расступилась шеренга.

– Ну, так что там прячёшься? За пенсией? – Шилин дернул головой. – Рано ещё.

– Так уж год прошёл.

– Надо было раньше шум поднимать.

– Так я к Подгузину ходил…

– Он ходил. Ха! – нашёл к кому обращаться.

– Так он же, это, начальник кадров и, это, ваш заместитель по общим вопросам.

– Вот то-то, по общим. Сейчас разбирайся и за него, и за вас тут. Иди, Пашка. Как что-то прояснится, я тебя сам вызову. Понял?

– Понял.

– Вот и иди, работай.

Ушёл со смятением в душе. И с обидой. Вроде бы явно не обидел Татарков, хоть и грубо начал, но ведь не выгнал. А у него не заржавеет, дури хватит. И не мог понять, что же администрацию сдерживает, почему не отправляют его на пенсию? И что ему самому делать?..

Ну, что-что? – елки-моталки, – ждать!

Проходили недели, месяц, о пенсии никто не напоминал.

– Ну, что там у тебя с пенсией, Палыч?

Палыч спросил сам:

– А я думал, ты мне что-нидь скажешь?

– Да что я?.. Спрашивал как-то у Подгузина. Он на Татаркова кивает. Ты бы ещё сходил к нему на приём, сам.

– Так он же пообещал вызвать?

– Ну… вызовет – не вызовет, а напомнить не помешает.

– Ещё пошлёт по бездорожью…

– Не пошлёт. На рабочих он сильно пасть не разевает. Это нашего брата отлает, как отстирает.

Шилин пожал плечами, дескать, может быть…

И сходил.

16

И в отличие от прежних встреч, эта оказалась теплее, даже душевнее. Что было несколько неожиданно и обнадеживающе. Но за прошедшие посещения, пройдя все стадии настроения директора и обещания с ним, эта милость уже не воодушевляла. Наоборот, вызывала иронию и недоверие.

– Ты, Павлик, заходи. Напоминай почаще. Хоть и решается твой вопрос, и я его держу на контроле, но под лежачий камень… сам понимаешь.

– Да как-то неудобно…

– Ты мне брось. Неудобно. Напоминай. А там, думать будем.

– Так зайду. Только когда?

– Где-нибудь через месяц. И без всяких очередей. Тут этих, – кивнул на присутствующих в кабинете посетителей, – не переждёшь. Договорились? А теперь иди, работай.

Шилин с новым настроением ушёл из кабинета.

И, действительно, Татарков на его появление реагировал спокойно.

– Ты, Паша не обижайся. Дело не простое.