Запретные плоды

– Откуда ты так хорошо знаешь русский язык? – вдруг спросила я.

– Мне нужен этот язык для работы, сухо ответил Лукас. Тут в дверь позвонили. Меня как будто пронзило током.

– Кто это? – с ужасом спросила я.

Лукас усмехнулся:

– Скорее всего Марк.

Я стала умолять не открывать.

– Это невозможно, – твердо сказал Лукас и отдал мне пару ножей с кухонного стола.

– Это для твоего успокоения, – с ухмылкой сказал он и пошел открывать.

На пороге действительно стоял Марк. Я не могла поверить в происходящее.

Меня начинало трясти от ужаса. Я осознавала, что Лукас не будет меня защищать, если Марк опять начнет меня насиловать.

– Она здесь, о да! – обрадованно воскликнул Марк, подошел ко мне и сел напротив с улыбкой.

– Это ты дал ей ножи? – обратился он к Лукасу.

– Да, – признался тот, – для самообороны, чтобы ей было спокойнее.

– Я пришел тебя проведать, детка, как ты тут, пришла в себя?

– Нет, у меня всё болит, – твердо сказала я, не выпуская нож из рук.

Не знаю, как это вышло, но я смотрела страху прямо в глаза, и даже удалось рассмотреть его лицо.

К моему удивлению, я осознала, что этот парень мне симпатичен по внешности, в нем действительно не было ничего отталкивающего, даже голос приятный, поэтому я продолжала смотреть и изучать: приятные черты лица, такой же прямой носик, как у Лукаса, только волосы светлее, чем у него. Ростом он был ниже Лукаса, скорее всего примерно сто семьдесят пять сантиметров. В комнате стояла тишина, и только слегка за окном был слышен шум моря. Вдруг Марк заговорил:

– Прости меня, детка, за то, что было между нами. А ты ведь действительно очень красива, я полностью согласен с Лукасом, в тебе есть то, что нам обоим с ним так не хватает в бабах: ты не просто красивая, я вижу по твоим глазам, что ты умная, выдержанная, уравновешенная, скорее всего добрая и очень сексуальная, к тебе так и тянет магнитом.

Тут я даже не успела ничего ответить, как он схватил меня за руку и продолжал держать. Я очень испугалась, хотя до этого успела успокоиться, изучая его.

Меня охватил опять ужас, пару раз я пыталась вырвать руку, приказывая отпустить, смотрела на Лукаса и умоляла его уговорить отпустить мою руку, но Лукас спокойно ответил:

– Прости, детка, но он тебе ничего плохого не делает, ничего, чтобы я вмешался.

Сам же Марк, улыбаясь, продолжал удерживать меня за руку, поглаживая большим пальцем мою кисть. Пристально смотрел, молча, изучающе, выдержанно.