Непримиримый

Как только сама успокоюсь и смогу нормально соображать.

Отель встретил меня неожиданной тишиной. Давящей. Словно все вокруг уже знали о моём грехопадении и теперь наблюдали за тем, что буду делать дальше. Каждый встречный смотрел сочувствующе и провожал долгим взглядом. Или мне просто уже казалось всё? В любом случае, они меня волновали мало. Я просто хотела поскорее добраться до своего номера и закрыться в нём. Глядишь, наедине смогу снова нормально и адекватно мыслить.

Увы, одиночество не принесло спасения.

Мозг отказывался думать. Я только и смогла, что дойти до кровати и упасть на неё спиной, раскинув руки в стороны, глядя на лепнину потолка.

«Так тебе и надо! – крутилось как на повторе в моей голове. – Заслужила! Нечего было прыгать в постель к незнакомцу, как последняя шлюха!»

Пожалуй, действительно не стоило. Но Святославу хотелось верить. В него верить. В себя рядом с ним.

Глупая, наивная девочка Ника.

Самое противное, несмотря на произошедшее, я с маниакальным отчаянием, как последний мазохист, продолжала раз за разом переживать последние дни в обществе мужчины.

Прикрыв веки, видела его снежный взор, мягкую улыбку, ощущала жар крепкого тела, горячие касания сильных рук, слышала тихий шёпот, наполненный лаской и нежностью, весёлый смех…

Прервал этот калейдоскоп воспоминаний громкий стук в дверь, а следом из коридора послышался приглушённый голос мамы. Хотелось проигнорировать, сделав вид, что меня нет, или я сплю.

Но ведь она не виновата, что её жених – полное дерьмо. И уж точно из-за мужика и собственной наивности ссориться с единственно близким мне человеком тупо. Пришлось вставать и открывать дверь.

Как только деревянное полотно распахнулось, меня тут же сдавили в крепких объятиях.

– Мама, ты меня задушишь, – просипела я, обнимая родительницу в ответ.

Та всё равно не отпустила, хотя хватку ослабила. Так мы вместе с ней и прошли обратно в комнату.

– Ты очень расстроилась, да? Из-за того, что я снова замуж выхожу? – виновато улыбнулась она мне.

Чуть не расплакалась. Так и захотелось нажаловаться ей на всю несправедливость этой Вселенной. Но в действительности я лишь улыбнулась и покачала головой.

– Нет, мам, – проговорила уже вслух. – Всё хорошо, не волнуйся. Я просто растерялась. Святослав Витальевич, конечно, говорил, что вы давно знакомы, но… я не думала, что настолько близко.