Чумные Псы: Игра в надежду

Не то чтобы это мешает Хэлкарду смотреть на него сверху вниз.

– Ты позволил им умереть, – повторяет Тьма.

И на этот раз во взгляде Лорда что-то неуловимо меняется, и он падает на колени, как подрубленный.

– Меру наказания определишь сам.

Сайлент поднимает голову, и Птица знает, что услышит. Но когда демон отвечает, по позвоночнику все равно бежит ледяная волна:

– Смерть.

Девушка бросается вперёд, но Хэлкард поворачивается, выбрасывает руку в сторону сражающихся: тонкие пальцы увенчаны когтями, едва ли намного большими, чем у орионцев.

Светлых – наверное, светлых, в этой каше ничего невозможно разобрать – швыряет в стороны, и Птица кричит. Кто-то хватает её за плечи, девушка отбивается, но напавший сильнее. Окружение меняется, и она обнаруживает себя в пространстве сна. Руки, удерживающие её, исчезают, и Птица наконец может обернуться. Перед ней стоит Сайлент, слегка усмехается уголком губ, но за этой усмешкой легко можно разглядеть боль и вину.

– Тебе нужно учиться контролировать пеленг, – сообщают ей.

Сопоставить два и два очень просто, но девушке все равно требуется не меньше минуты на то, чтобы осознать, что имел в виду демон.

– То есть так все и было? – недоверчиво хмурится она. – За это тебя наказали?

Лорд наклоняет голову в согласии.

– Я не представляю, как это можно контролировать, когда я сплю, – хочется сказать совсем другое, забросать его сотней вопросов – только Сайлент выглядит раненым и уязвимым, совершенно лишенным кожи, поэтому Птица говорит совсем другое.

 – А всегда находиться здесь я не могу, очень устаю.

– Я научу тебя, – обещает демон, смотрит грустными глазами.

Птица вдруг осознает, что Сайлент ожидает, что от него отвернутся, поэтому шагает вперёд, обнимает, утыкается лбом в широкую грудь. Демон взъерошивает ей волосы и отступает сам, и улыбка на его лице теперь настоящая:

– Я должен идти. Всем прочим займёмся после.

***

Птица просыпается сразу, и обнаруживает, что все постельное белье мокрое, а сил спать просто нет: страшно снова оказаться в кошмаре.

Так что она выползает в коридоры – памятуя недавнюю встречу, все же приведя себя в порядок.

И не зря, потому что увлеченная своими мыслями, она врезается в господина Серрави, который смотрит на неё задумчивым взглядом гранатовых глаз. И снова она чувствует острое дежавю – она точно встречала кого-то очень, очень прохожего на этого мужчину. Но кого?

– Кажется, сталкиваться ночами становится традицией, – хмыкает девушка.