Богиня из сна

 – Разве не всё равно, где ты встретишь свою любовь?

– Ах, Селеста, не будь столь наивной! – Его глаза впились в её лицо. – Любви нет вообще, есть только плотская страсть. Но, боюсь, тебе придётся горько разочароваться, прежде чем это понять.

И он, пришпорив своего коня, вихрем умчался вперёд. Селеста дёрнула поводья, и белая кобылица помчалась за пегим жеребцом.

«Быть может, он прав, считая, что любви нет», – подумала она, глядя на удалявшегося барона. Ведь все женятся по разным причинам, но только не по любви.

Об этом ей не раз говорили её ровесницы в монастыре. Но жаль, что такой молодой человек, как её родственник, уже разочаровался в любви и потерял вкус к жизни. Нет, она никогда не должна повторить его ошибок.

Глава 5

Яркие солнечные лучи проникали сквозь лиловые портьеры, рисуя мозаичный узор на пологе из тончайшего шёлка, под которым возлежала на взбитых подушках юная маркиза де Моне, закрыв глаза. Лёгкий ветерок, врывавшийся в распахнутую дверь балкона, наполнял воздух чудесным ароматом цветов, создавая в воображении удивительно волшебную картину.

Ей казалось, что она находится в раю. Хотя чей-то назойливый напев фривольной песенки, доносившейся из сада, ясно говорил о том, что это не так.

Селеста невольно прислушалась:

«Пока жена-мегера спит,

Я пришёл, чтоб навестить

Свою любовь, чей свет очей

Огонь зажёг в груди моей.

Давай же, крошка, раздвинь-ка ножки.

Ведь времени у нас немножко…»

Вдруг песня оборвалась на самом интригующем месте, и Селеста быстро открыла глаза.

Ей захотелось немедленно встать и пройти на балкон, чтобы увидеть этого певца. В этот момент дверь внезапно открылась и в спальню вошла Кати. Увидев свою госпожу, она вопросительно изогнула бровь:

– Вы наконец-то соизволили проснуться, спящая красавица?

Селеста, не отвечая на её реплику, в свою очередь спросила:

– Интересно, кто является обладателем столь замечательного голоса, который я только что слышала?

– Вам понравилась эта фривольная песенка, госпожа?

– Именно, Кати.

К сожалению, она оборвалась так неожиданно, что я гадаю, чем же всё закончилось.

– Уж точно ничем достойным для вашего слуха, мадемуазель! – сухо выпалила камеристка.

При этом щёки у неё залились румянцем. «Должно быть, она знает продолжение этой песни», – улыбнулась Селеста. Ведь Кати более искушённая в любовных делах, чем она. Нетрудно догадаться, что думает камеристка о ней. Ей не стоит больше спрашивать её ни о чём.