Богиня из сна

С вымученной улыбкой на лице она отражала атаку любопытных расспросов о маркизе де Моне, приехавшей к ним из Нормандии. Однако лавина вопросов не прекращалась. Графиня то и дело поглядывала на двустворчатую дверь, открывавшуюся в гостиную, не покажется ли в проёме Селеста или Робер. Но их не было видно.

Должно быть, Робер удерживает её в кабинете. Боже мой, неужели он не знает о визите гостей? Ведь она посылала за ним мажордома. Что ей делать? Как ей выпутаться из этой ситуации?

Более получаса гости донимали хозяйку своим любопытством, задавая ей каверзные вопросы, которые она стоически отражала.

Кристина де Фэрмонт искусно выдержала их пристрастный допрос, не возбудив никакого подозрения. Но лишь только дверь в гостиную открыл мажордом и доложил о приходе Селесты и её свиты, она с облегчением перевела дух.

Гости, увидев ослепительную маркизу с обаятельным бароном д’Юбуа и маленьким пажом, соскочили с места и, ахнув, открыли рты от удивления. Пока они приходили в себя, Селеста и её свита, подойдя поближе к ним, осмотрелись.

Графиня немедленно представила их и гостей, не без радости думая, что наконец отвязалась от них.

Изысканно одетая маркиза сразу же завладела вниманием дам. А мужчины тут же окружили атлетически сложенного, щёгольски одетого молодого барона. Но особенно привлёк их взор маленький паж. Хотя они и раньше видели его, однако им и в голову не пришло, что этот мулат – тот самый, который жил у графа в доме.

Кристина де Фэрмонт, отступив в сторону, с некоторой усмешкой наблюдала за тем, как мадам де Вио и Юлия д’Аламбер вцепились в Селесту стальной хваткой инквизитора и град вопросов сыпался на неё. Селеста с неизменной улыбкой на лице отбивалась как могла от гостей графа. После дотошных расспросов дамы немного умерили свой пыл. И спустя некоторое время они переменили тему разговора. Ведь им ровным счётом не удалось узнать больше того, что они и без того уже знали.

А известно им было совсем немного, вернее, то, что она недавно прибыла из Руана со своей свитой и уже вторую неделю гостила в доме покойного друга её отца. Конечно, об остальном Селеста благоразумно умолчала, зная, что этим только поставит себя и графиню де Фэрмонт в неловкое положение. Ибо правда, несомненно, шокирует её гостей. Она не могла допустить, чтобы хозяйке было стыдно за своего покойного супруга и её отца. Ведь она так добра к ней.