Нежданная гостья

Да и компанию ему составляли не удачливые авантюристы или бойкие торговцы, что выискивали свою выгоду от общения с пиратами, в слабой надежде отхватить товар по сходной цене и, продав подороже, выручить хорошую прибыль; а такие же комедианты, чаще примыкающие к чужой славе, как для себя определил де Вир.

И уже исходя из этих выводов, которые приведёт здравомыслящий рассудительный человек, можно смело утверждать, что зарытые сокровища не более, чем красивая легенда, какие вам поведают в любом портовом кабаке, причём щедро приправив небылицами.

Щедрость же так называемых морских волков зависела от количества, принятого на грудь накануне и добавленного нынче.

– И всё же это так, – настаивал на своём Мигель, стоящий в двух минутах от смерти.

Каталонское упрямство пересиливало в нём все доводы очевидного, что могло бы убедить или заставить согласиться умного собеседника. Мигель, при всём своём уважении к капитану, не хотел открывать лишь одному ему известное, а именно то, что он собственными глазами видел сокровища капитана судна «Сан-Себастьян».

Он бы многим пожертвовал, чтобы обладать ими, если бы не…

Мигель тогда ходил на «Сан-Себастьяне» простым матросом и только единожды улыбнулась ему удача увидеть часть, ничтожную часть этих драгоценностей. Он в ту ночь стоял на вахте, и чёрт его дёрнул заглянуть внутрь капитанской каюты, не до конца задёрнутой шторкой. Это было непростительной ошибкой капитана. В сундуке капитана сверкали в свете пламени свечей драгоценные камни всевозможных цветов.

Какие-то отливали от мертвенно-голубого до тёмно-синего, другие же отливали огненно-красным цветом, хотя поручаться, что всё было именно так едва ли возможно, при свете дня всё могло быть несколько иначе.

Только от этого мало что меняется, факт остаётся фактом: сокровища были реальны. Не один раз Мигель после той ночи просыпался в холодном поту, когда ему казалось, что он стал единоличным обладателем этих драгоценностей. А чего стоила змейка, сделанная искусными мастерами из чистого золота, в чьи глазницы были вставлены два рубина немалой величины.

Но после этого случая, он недолго походил на этом корабле, как-то опоздав на борт, изрядно приняв на грудь. Шли дни за днями, когда Мигель, не просыхая от выпитого, проводил время в прибрежных тавернах и пабах, пока не случилось однажды чрезвычайно загадочное. В тот вечер он также, как и многие другие вечера до этого проводил в таверне, в компании таких же морских разбойников.