Вне реальностей. Завершить бесконечность

– Позвольте ему ошибаться, он считает, что делает это в ваших интересах, возможно у него есть обязательства перед вами, он считает, что вы нуждаетесь в его защите.

– Хм… он всегда так считал и горе было тому, кто «косо» на меня посмотрит, да и мне тоже… ведь я их и провоцировал на эти косые взгляды. И теперь…

– Всё наладится, обязательно!

– Можно спросить?

– Да!

– Если бы я не пришёл…

– Я тянула бы время, я знала, что вы придёте. Все знают о том, что вы, простите, разгильдяй. Но в то же время, в том что касается работы и семьи – вам нет равных! И этот маленький нюанс относительно вашей безалаберности, никто не вспоминает.

– Кроме Димки. Уж он меня за это…

– Но опять же, для вашего блага… кто ещё кроме него укажет вам на ваши ошибки, кто осмелится обидеть мага и волшебника? Вряд ли, кто-то сможет пойти на это?

– У нас в окружении есть такие ребята.

– Но без ведома Димки и твоего согласия… ой, прости… что на «ты»?

– Ничего…

– Они ничего не сделают. И твой брат ведь прав, отчитывая тебя за твою безответственность.

Ведь она вредит прежде всего тебе.

– Это верно… но мне всё-таки кажется, что вы не всё сказали.

– От вас, ясновидящих, ничего не скроешь, – судья протянула Косте лист бумаги. Костя развернул его: «Привет, Мелани! Возможно тебе всё это покажется странным, но это и правда я, Елена Рокси. Сама не знаю, как всё так получилось, да и не важно это… да… мы с тобой одного возраста теперь… дело в том, что в твоей реальности меня больше нет, а ушла я из неё в свои восемнадцать… и мы вряд ли бы с тобой встретились при подобных обстоятельствах, но есть у меня к тебе одна просьба: есть два юных, дерзких, невыносимых, беззащитных… они считают, что живут друг для друга и в этом затянувшемся споре они совсем забыли о себе.

А это как раз самое опасное, поскольку они могут погибнуть оба, так и не выяснив, кто из них лучше заботится о другом… конечно это прекрасно, думать не только о себе, но они совсем забыли о присутствии самих себя в своей жизни… помоги им разобраться и избавиться от их „антиэго“, насколько это возможно. У них одна индивидуальность на двоих, вот они её никак друг другу и не уступят. Обычные люди, считающие себя нормальными, делят, а мои сыновья – уступают! Но это ведь, мои мальчики… и я навсегда с ними! Спасибо, что всё объяснила Косте. Прощай. Елена Рокси».

– Ты чего, Костя? – спросила судья у юного Мастера, глаза которого блестели от слёз.

– Почему всё так?

– Не плачь… она же с вами.