Мистика

– Я не храню воспоминаний, грусти и не испытываю никаких чувств по отношении к прошлому, – Мэри была непреклонна в своей холодности, особенно, когда ее специально пытаются вывести на эмоции.

– И даже не тоскуешь по тем, кто ушел: ушел из жизни, или как наши люди, с лица земли. Не тоскуешь, что больше их никогда не увидишь?

– Нет, – сухо ответила Мэри.

– А я очень грущу.

Мэри вдруг почувствовала, что зря она была так холодна с этой девочкой, должно быть ее волнует только личная трагедия, и она просто хотела сравнить, было ли что-то подобное в жизни Мэри.

– А где же твой дядя?

Лози ответила очень охотно, не придав значения неразговорчивости Мэри:

– Они [те, кто привез нас] взяли его к себе. Он помогает им, привозит новых людей, дает всем советы. Тебе здесь не нравится, ты хочешь вернуться домой?

Мэри начала думать, что в вопросах Лози все-таки нет никакого подвоха, и ответила так, как она действительно считала:

– Хочу.

– Видимо, того, что ты здесь видишь, тебе недостаточно. А ты можешь сказать, что ты видела? – с интересом спросила Лози.

– Церковь, ворота, Тетрадь Грехов, – Мэри изложила подробности своего пребывания в этом месте в сухих фактах.

– Тетрадь Грехов это уже интересно, не каждому удается ее видеть, – на настроение Лози это не влияло, она была оживлена разговором. – Понимаешь, если ты не доверяешь чему-то, что видишь здесь, сейчас, значит тебе нужно больше. Но если ты однажды получишь то, что хотела, они возьмут что-то взамен, обязательно.

Они всегда дают то, что каждый хочет иметь и видеть, однажды ты не сможешь противостоять им, и ты доверишься полностью. Со мной случилось так же, и я сдалась. И теперь живу и не ищу способов выбраться, и доверяю всему, что вижу. Не понимаю, почему ты так и не воспользовалась Тетрадью Грехов.

Лози провела по свертку одеял рукой. Недоверию Мэри снова не было предела. Эта Тетрадь ведь изначально была спрятана, откуда Лози может знать, что она именно в этом месте.

– Почему я одна должна была, прочитав ее, обратиться к ней? – тут настроение Лози сменилось печалью. – И почему я до сих пор не нахожу успокоения, и до сих пор не свободна. Ты не представляешь, что теперь со мной будет.

Она продолжала говорить, всхлипывая после каждого слова:

– Я пожалела, что воспользовалась Тетрадью.