Хозяин моего тела

А если и смотрит, то на мои красивые руки с аккуратным маникюром, на волосы или на хорошо оформленную грудь, довольно туго обтянутую майкой. Конечно, я скромная девушка, но позволяю себе изюминку во внешности.

Хорошо, что пока Элиас не смотрит мне в глаза.

Мне просто необходима выдержка для того, что я задумала, а под его жгучим взглядом я теряюсь и начисто лишаюсь воли. Это какая-то поразительная физика, химия или магия… уж не знаю, что. Но это сильнее меня.

Неужели когда-то я смогу к Элиасу привыкнуть? Начну считать его кем-то вроде невыразительного толстого булочника из лавки на углу? Сомневаюсь.

Я мысленно накидываю Элиасу пятнадцать килограммов лишнего веса… Неа. Не ложится. Не идет. Но властность во всем его грозном облике даже так никуда не девается.

Когда я склоняюсь подписать контракт, волосы густой волной падают на бумагу. Отлично.

Элиас неодобрительно хмурится.

– У тебя есть заколка?

Я мотаю головой, и волосы совсем закрывают мне обзор.

Слышится шум отодвигаемого кресла – я кидаю быстрый взгляд – Элиас поднимается из-за стола, и похоже, он высоченный.

Это на удивление приятно даже в наших сомнительных обстоятельствах.

Стоп, Лола. Кончай дурить. Хватит им любоваться. Отношения запрещены.

Элиас мгновенно обходит стол и ловко, словно он часто это делает, сгребает все мои волосы в хвост.

Наверняка, зараза, постоянно с девушками общается… в близкой обстановке.

Миллиарды иголочек разом атакуют нервные окончания. Ооох… Это что-то невероятное. Я так сойду с ума от перенапряжения.

Все мое тело резко превращается в натянутую опасно вибрирующую струну.

Чтобы не ляпнуть на нервах какую-нибудь глупость, я спрашиваю:

– Тебе удобно?

Элиас пожимает широченными плечами.

– Да. Не отвлекайся, изучай и подписывай договор.

Я углубляюсь в документ.

В самом деле углубляюсь, предоставляя Элиасу заметить, что моя голова находится не сильно выше его крепких бедер, и сама наша поза намекает на нечто иное. Неприличное и желанное почти всеми без исключения мужчинами.

Это очень тонкая и ужасно порочная игра. На грани. Давай, Элиас, поведись.

А потом я ставлю последнюю подпись и слегка откидываю голову назад, приятно упираясь в его твердый горячий кулак.

Двусмысленно. Будто требуя ласки.