Мой идеальный дракон

В его глаза боюсь. Там живая голодная тьма. – Я больше не могу…

Очень медленно дракон придвигается ко мне, а в следующий миг его горячие губы прижимаются к моим. Сладко, невыносимо, потрясающе…

Темное пламя поглощает меня полностью, разлетаясь сотнями искр, вспыхнувших перед глазами.

Кто кого целует теперь… Я лежу на полу, а он надо мной, удерживая вес на руках, не касаясь ничего, кроме губ.

А мне нравится его тяжесть… Мне все слишком нравится, хотя я несусь в пропасть с высоченной горы на полном ходу!

Не знаю, сколько я так растекаюсь в его руках, но дракон внезапно отрывается от моих губ.

– Пойдем в бассейн, Верена.

Спустя пару мгновений Ралькарион уже сидит на каменной ступени внутри чаши.

Губы горят от его поцелуев. Мои первые поцелуи… он забрал их все. Он так и душу мою заберет…

Я медленно, как в тумане, встаю и двигаюсь к дракону.

Неважно, что он сейчас видит. Пусть все видит и любуется мной.

Спускаюсь в чашу и встаю за спиной Ралькариона.

– Что я должна делать, господин?

– Бери мыло из этого пузырька, – он кивает в сторону бутылочки, – и мой меня.

Его голос все еще хриплый. Мне жутко. Жутко и волнительно.

– Просто мыть, господин?

– Да, – слово срывается резко, как удар. Будто дракон хотел сказать что-то другое, но передумал.

Я наливаю мыло в ладонь и касаюсь его спины. Смазанная кожа становится еще более гладкой, блестящей и соблазнительной.

Упоенно скольжу по его плечам, по широкой мускулистой спине, по рукам… Твердые, какие же они напряженные… будто Ралькарион едва сдерживается, чтобы не наброситься на меня!

Я чуть не отдергиваю ладонь, но усилием воли заставляю себя продолжать намыливать дракона.

Это страшно. И до дрожи волнительно…

Он живая воплощенная опасность.

Он уже целовал меня и если поцелует опять, то вряд ли остановится…

Я не вижу его лица. Повинуясь порыву, провожу мыльной рукой по его волосам – густым и на удивление мягким… Пропускаю пряди сквозь пальцы… спускаюсь ниже.

И слышу низкий полувздох-полустон.

Ох, я сделала что-то не так?!

Быстро беру гибкий серебряный шланг и включаю воду, смывая пену.

Дракон глухо говорит:

– Молодец… А теперь спереди.

Боги… Нет…

Ралькарион оборачивается и пристально смотрит мне в лицо. Мрачно. Голодно.

– Не хочешь отдать себя нелюбимому, Верена?

Я еле киваю.

Он холодно произносит:

– Вернешься в свои покои. Встретимся за завтраком.