Кая. Зов Пустоши

Но было ли оно на самом деле, или эта реакция в графе мне только кажется? В реальности мужчина лишь сильнее сжал кулаки и выдвинул подбородок вперед, но смотрел он при этом будто сквозь меня.

– Лишние люди?! – задохнулся баронет Шанский, багровея и пытаясь расстегнуть тугие пуговички своего жабо.

Я честно удержалась от того, чтобы не закатить глаза. Кто о чем, а тузик о грелке.

Анисия показательно тяжело вздохнула. И в этом вздохе было так громко сказано молчаливое «Ну что я вам говорила, это создание – воплощение зла».

Под рукой приятно ощущалась мягкая шерсть волка, такой маленький островок спокойствия. Что мне ответить этим разыгрывающим свои роли людям? Явно не о том, как мне страшно. И точно не о том, что я чувствовала Пустошь. О Безымянные, да одно воспоминание об этом заставляет темнеть в глазах. Я чувствовала Пустошь. Надеюсь, у меня получается хотя бы внешне оставаться спокойной.

– Да, ЛИШНИЕ люди, – не стала отрицать. – Леди Анисия, – легкий кивок в сторону женщины.

Та безмятежно улыбнулась, – взяла на себя смелость подобрать мне фрейлин. Восемь прекрасных юных особ, и я бесконечно благодарна за ее выбор. Но мне рядом нужны надежные, смелые и преданные люди. И времени проверять годами эти качества у меня нет. Поездка верхом в непогоду – это испытание, настоящих дочерей Севера оно не должно пугать. В конце концов, сильных воинов подарят княжеству только сильные женщины.

Мой голос звенел, искренне надеюсь, что это похоже на ярость подростка, которого обвиняют в том, в чем он не виноват.

Внутренне же мне было пусто, по-другому и не скажешь. Зато впервые я поняла, что имел ввиду отец, когда говорил о расщеплении сознания. Вот ты игрок, дающий эмоции людям, а вот ты тот, кто смотрит со стороны на разворачивающуюся игру.

– ВЗДОР! – проревел герцог Арас и ударил кулаком по столу. Мерзко звякнули ложечки, поставленная маркизом на край стола чашечка опасно зашаталась, он вовремя успел подхватить, но обжёгся горячим чаем. Маркиз молча поставил чашечку на стол и демонстративно отряхнул руки.

Граф Конт тяжело вздохнул, переводя дыхание:

– Из-за тебя, княжна, я чуть не лишился дочери. Из-за бунтарства пустоголовой девчонки! Сиди дома, пеленки вышивай! Твоя задача детей рожать! А не совать наших дочерей в пасть тварям! – граф откинулся в кресло, переплел руки на груди и смерил меня пристальным взглядом.

Глухо зарычал волк, в его глазах отразилось пламя камина, и они полыхнули красным.