Не дружи со мной

– Что? Ты серьезно? – возмутилась я. Бесцеремонно отпихнула пончик и снова обратила взор на нашу сладкую парочку.

– Как раз к отъезду ее должны отремонтировать, – продолжал хвалиться Пашка своей колымагой. – За ночь доедем. Будет круто!

Круто? Круто, если меня посадят сзади вместе с Буравиным, а потом Пашкина машина, как обычно, заглохнет в самом неподходящем месте, и мы в ночи будем ее толкать по пустой неосвещенной трассе.

– Павел, я подумаю над твоим предложением, – улыбнувшись, кивнула Ульяна.

Павел засиял.

– Я тоже подумаю, – сказал Буравчик.

– Ты умеешь думать? – сквозь зубы проговорила я.

Герман, услышав меня, снова протянул пончик:

– Закуси, ворчунишка моя!

– Пончики не самая полезная еда, – отрезала я, глядя, как Ульяна уминает за обе щеки тыкву.

– Все полезно, что в рот полезло, – проворчал Герман. А затем добавил: – Правило Буравчика!

Уля заливисто захохотала, а я закашлялась:

– Да уж!

В этот момент смартфон Ульяны, который лежал на столе, завибрировал.

Такая правильная девочка, а правил этикета не знает. Кто на встрече достает телефон? Я укоризненно покачала головой. Мне бы такое и на ум не пришло, ведь единственный, кто мог написать, – Пашка, а он здесь. Ну или мама с сообщением в духе: «Надеюсь, ты не забываешь вытирать пыль с подоконников…»

Как бы я ни выступала за соблюдение правил приличия, а подглядеть адресата успела. Некто, записанный в телефоне Ульяны как «М». И кто это, интересно? Шацкая, извинившись, схватила телефон. Прочитав сообщение, она изменилась в лице.

– Что-то случилось? – забеспокоился Пашка.

– Нет, ерунда. Неприятности небольшие у… у подруги.

– У подруги, значит? – строго переспросила я. Таким тоном, будто сейчас поднимусь из-за стола да как хрястну по нему ладонью: «Знаем мы твоих подруг! Отвечайте, гражданка Шацкая, кто накануне был в вашей квартире около часа дня?»

– Ну да, у подруги, – подтвердила Уля, хотя глаза ее забегали, – у Маши.

Маша-Маша… Нужно узнать, есть ли такая у Шацкой на потоке.

А если эта Маша из балета? Или бокса? Господи, Ульяна не могла записаться вообще во все кружки города? Ненормальная!

– Ну если неприятности не такие уж и крупные, не переживай понапрасну, крошка, – обратился к Шацкой Буравин. Прямо добрый полицейский с пончиком. Пришел мне, злому, на смену.

Буравчик дожевывал выпечку, расставив локти.

– Что ты расшиперился на весь стол? – раздраженно проговорила я в тот момент, когда Уля что-то негромко говорила Пашке.