Чаги

– Мне здесь не развернуться, – сказал он, глядя на плотный ряд машин. – Остановлю на соседней улице – добежишь.

– Давай хоть так!

Попрощавшись с Денисом, Аня несколько минут торопливо шагала по тротуару, пока ее не догнала внезапная мысль.

«Ведь сегодня Осьминожка притащится в отдел!» – подумала она.

Осьминожкой сотрудники редакции окрестили главного редактора – неприятную, цепкую и хищную особу, которая, по общему мнению, не уступала героине Мерил Стрип из известного фильма про модный журнал. Анин журнал был, конечно, поскромнее, о моде писал факультативно, в основном уделяя внимание светским сплетням, еде и развлечениям, но это ничуть не умаляло лютости главной редакторши, у которой не только не было трех сердец, как положено осьминогу, но, судя по манере держаться, не было вообще ни одного.

И этот ужасный спрут, если верить данным редакционной разведки, должен был сегодня наведаться к ним в отдел, хотя случалось такое нечасто. Непосредственный Анин начальник был человеком либеральных взглядов, он не контролировал журналистов и редакторов – людей творческих, – так что не приходилось сомневаться – в десять утра на рабочем месте не обнаружится ни единой души, если не считать добряка Марка Львовича, у которого вечные нелады с женой, а потому он приходил рано и задерживался допоздна.

Аня побежала. Ей приходилось лавировать между пешеходами. Некоторые из них, кажется, вообще никуда не спешили. До чего же эти неторопливо бредущие неизвестно куда прохожие могут вывести из себя!

На перекрестке перед станцией метро Аня неожиданно наткнулась на столпотворение посреди тротуара.

Остановилась у светофора и невольно прислушалась к тому, что происходит. Громче всех в толпе шумела тучная немолодая женщина. Она возмущалась и указывала пальцем на высокого худого человека, который пытался было с ней говорить, а потом начал кланяться.

– Нет, вы только посмотрите на него! – воскликнула женщина так, что теперь и Аня ее отлично услышала. – Понаехало всяких заграничных, не протолкнуться, ни обойти, а по-русски ни бельмеса! Я тебе говорю, куда прешь?! Еще и очки черные нацепил, вообще не различает, где дорога, где тротуар! Чуть дух из меня не вышиб! Ну что ты кланяешься, как болванчик?! Не понимаю, что он лопочет!

– Я видела, как этот велосипедист на женщину наехал, а потом еще бросился к ней, типа, помогать, – говорил кто-то из собравшихся.

 – Карманы бы у него проверить, мог и стащить чего-нибудь!

Загорелся зеленый.