Ты не умрешь

Придя в себя, я решила отвести Федю на кружок по робототехнике, несмотря на то что занятия уже начались пятнадцать минут назад. Пока он занимался, мы с Тасей поехали в церковь. По пути я опять ревела. Даже присутствие шестилетней дочери не помогло сдержаться.

– Мамочка, почему ты плачешь?

– Я просто переживаю за папу.

– Все будет хорошо. Его подлечат и вернут домой, как новенького, – утешала меня крошка-дочь. Очень хотелось ей верить.

Раздался звонок мобильного телефона. Это была мама – предложила забрать детей к себе и посоветовала специальные молитвы при болезни родных людей и даже онкобольных.

Я и не знала, что такие существуют.

Когда я вернулась в пустую квартиру, гремучая смесь боли, горя, страха и отчаяния обрушилась на меня с невероятной силой, словно волна, сбивающая с ног во время шторма. Я глотала воду, задыхалась и кувыркалась в соленой пучине, обдирая кожу об острые камни, пытаясь выбраться из водоворота. Меня накрыла настоящая истерика, это больше не были тихие слезы, я рыдала взахлеб и металась по квартире, как умалишенная.

Неожиданно для самой себя стала кричать: “Не забирай! Не забирай! Не забирай!”. Так продолжалось минут двадцать. Текст повторялся снова и снова, менялась только интонация: от жесткого требования к жалкой еле слышной мольбе. Я, как будто, двигалась по синусоиде. В верхних точках орала, в нижних шептала, но остановиться не могла.

Все кончилось так же внезапно, как и началось. Осталось только внутреннее опустошение и физическая усталость.

Обессилев от безумной истерики и метаний по пустой квартире, я вновь вернулась к необходимости практических действий и позвонила своей подруге Жанне. Мы работали вместе в одной компании. Она общалась с огромным количеством наших общих коллег, и я попросила расспросить, не знает ли кто из них хорошего онколога. Повторить ошибку и обратиться к первому попавшемуся дежурному врачу, надеясь на его компетентность, мы больше не могли себе позволить.

– Ася, я даже не знаю, что сказать!

– Не надо ничего говорить, слова не помогут.

Жанна не подвела, через полчаса она уже попросила прислать ей результаты КТ, которые сразу же были направлены проверенному врачу.

“Рак поджелудочной железы” – был вердикт.

Моя и без того хиленькая теория о том, что никакого рака нет, и это все коварный COVID играет с нами в свои злые игры, трещала по швам, но продолжала жить в моей голове.