Тайна золотой свирели

С малых лет он занимался дзюдо, плаванием, катался на скейте, а на велике гонял с такой скоростью, что только ветер свистел в ушах. Лишь одна вещь огорчала Максима: в двенадцать лет не разрешалось водить мотоцикл, а сесть на мощного стального коня и выжать педаль газа было его заветной мечтой.

Внешность Максим имел весьма примечательную. Хоть и невысокого роста, он всегда держался чрезвычайно прямо, был сильным и ловким. Тёмные, коротко стриженные волосы составляли удивительный контраст его серым, почти голубым глазам.

Взгляд мальчика был внимательным, открытым и немного насмешливым. Максима нельзя было назвать дерзким, но и покладистым он, конечно, тоже не был. Сверстники считали его крутым и хотели с ним общаться, хотя вряд ли их можно было назвать настоящими друзьями.

Самый старший участник нашей истории – тринадцатилетний Филипп, тощий, долговязый, нескладный любитель компьютерных игр. В детстве он был похож на большинство своих сверстников, ничем особенным не выделялся, разве что был мечтателем и поэтом, а это совсем не то, чего ожидают от мальчишки из простой работящей семьи.

Однажды отец Филиппа с некоторой тревогой понял, что его сын – медлительный, молчаливый, скрытный малый. Но мама не видела в этом ничего плохого: она справедливо полагала, что у мальчика богатый внутренний мир, и если сын открыто не выражает своих чувств, то это к лучшему: чрезмерная эмоциональность опасна для здоровья.

Если в школе Филиппу доводилось схватить двойку, он лишь пожимал плечами, к хорошим оценкам (случались и такие), казалось, относился с не меньшим безразличием.

Он не интересовался окружающими, а если кто-то, сбитый с толку его непробиваемым спокойствием, выходил из себя и начинал злиться, Филипп искренне удивлялся и отходил в сторону.

Когда-то он увлекался фехтованием, но тяга к компьютеру пересилила интерес к спорту, и теперь мальчик часами просиживал за светящимся монитором, сражаясь с цифровыми монстрами. У Филиппа было много друзей, внешне ничем не отличавшихся друг от друга – нестриженых, в чёрных косухах, тяжёлых ботинках, с большими наушниками на головах.

Филипп мечтал прославиться, а потому втайне от всех сочинял музыку. Звуки, которые порой вырывались из динамиков его компьютера, со стороны могли показаться какофонией, но юный композитор продолжал трудиться и почти каждую неделю записывал новые треки.

Однажды с этими обыкновенными и совершенно непохожими друг на друга детьми произошло нечто невероятное.