Проклятие принца

Рессар стянул перчатки с опрелых рук и застонал от двойственного чувства облегчения и боли. Сейчас он примет ванну, высушит руки и снова натянет перчатки. Спать без защиты неблагоразумно, во сне он совершенно не контролировал свои эмоции и порывы, что может привести к нежелательным последствиям.

* * *

– Ты еще не одета?! – воскликнул Рессар, стоило только Вильде влететь в свои фаворитские покои.

– Еще нет, но уже сейчас…

– Почему на тебе фартук? – подозрительно прищурился господин.

– Наверное потому, что гостей чем-то нужно угостить. Лучше накормить с дороги. А повара мы еще не наняли.

– И ты готовила завтрак?

– О, да, – улыбнулась девушка, снимая фартук и закидывая его на заправленную кровать. – Великолепные бисквиты со свежевсбитым маслом, сливки с клубничным джемом, конечно бекон и нарезка подкопченной дичи и далее по специальному меню…

– Замолчи, – простонал Рессар. – Я не могу ругать тебя, потому что уже считаю минуты до завтрака, вредная искусительница.

– Я старалась, – искренне рассмеялась Вильда, беззастенчиво стягивая простое платье и отбрасывая его вслед за фартуком.

Рессар застыл, понимая, что про его присутствие забыли или не посчитались. Вильда меняла наряд, совершенно не стесняясь присутствия мужчины и это было… необычно. Для мужчины.

Он разглядывал её бежевые панталончики с многослойными кружевами, обшитый атласом корсет и лёгкую нижнюю рубаху, которая больше притягивала взгляд к женской груди, чем прикрывала.

– Эм… Мне выйти?

– Нет, лучше помогите застегнуть. Какая бестолковая мода Дворца Чародеев, когда пуговицы пришивают на спине. Не находите это странным?

Рессар молчал, со смешанным чувством рассматривая ряд мелких пуговок на нежно сливочном платье и свои пальцы, затянутые в кожаные перчатки. Покровитель видит, как ему хотелось бы застегнуть эти дьявольские пуговицы, но он не мог, в перчатках столь тонкую работу не проделать…

– Я велел взять в горничные Калиту, – резко высказал Рессар.

Да, свою досаду он мог сорвать только на ней, на той, которая встала на рассвете, чтобы испечь ему нежные бисквиты и собственноручно приготовить свежее масло.

– Простите…

Услышал он шепот, уже покидая комнаты фаворитки.

* * *

– Невероятно! – проговорил Миркот с набитым ртом, уминая уже четвертый тартар с лососем.