Обманутая тобой

– Вещей много не бери. Первая неделя может оказаться с сюрпризами и капризами. Если хозяйка примет, то останешься и обживешься. А пока не расслабляйся.

– Спасибо, тётушка!

Лейсан на радостях кинулась обнимать Зифу, игнорируя поджатые губы матери. Ничего, с ней она вечером поговорит. Разложит все варианты. Надавит на жалость к Айше. Расскажет о знакомстве с господином. Намекнет на то, что встретила молодого человека, вхожего в богатый дом. Мать поймет, что все варианты судьбы дочери связаны с этим домом.

Она благословит и отпустит.

До понедельника Лейсан пару раз сбегала к берегу. Матери ее выводы не понравились, ни вариант с молодым господином, ни с замужеством по любви с пловцом, ни даже вариант жить при богатой семье и честно на них работать.

– Ну почему? А что ты для меня хочешь, если ни один выход тебе не мил? – рассердилась Лейсан.

– Не знаю, доченька, просто сердце ноет и не хочет отпускать тебя в тот дом. Словно беду чует, – мать тихо заплакала.

Она вообще всегда тихо плакала, боясь потревожить своими чувствами мужа и дочек.

Но от этого её горе не становилось менее надрывным. Вот и сейчас заплакала мать и тут же заплакала Лейсан, а ведь всего лишь какое-то глупое предчувствие.

– Мам, ну, мам, успокойся. Что там может быть для меня страшного, сама подумай? Что хозяин совратит? Так я тебе о том сказала, не такой уж он противный и не суровый, обижать меня не станет, может, еще и подарки даст.

– Дурочка, – всхлипывала мать, – какая же ты у меня еще дурочка… Думаешь, все так просто, только от ваших желаний зависит? Ан нет, моя милая.

Есть еще его семья, твоя. Есть еще судьба, которая тоже может обставить тебя, дурочку, чтобы научить уму-разуму.

– Что может пойти не так? – нахмурилась Лейсан.

– Многое… Вот ты думаешь только о подарочках, которыми тебя молодой господин наградит, а о другом подарочке не думала?

– О каком? Разве не все равно, что он подарит?

– Нет, доченька. Некоторые подарки не хотят видеть, прячут с глаз долой, стыдятся всю жизнь…

Мать говорила загадками, отчего Лейсан злилась только сильнее.

– Скажи уже.

– Дитём одарит и выставит из дома, бросив на откуп монету. Куда пойдешь? Отец дверь не откроет. Ни один мужчина не примет бесполезную дочь с еще одним голодным ртом. А ребенок – то не тряпка, его не бросишь, не оставишь, не забудешь. Последнее отдашь, чтобы выкормить…

Об этой стороне вопроса Лейсан как-то не думала.