Последние потомки древней магии

От такого поведения меня парализовало. Я медленно обернулась и посмотрела на приезжего. Пол-лица залито кровью, но в глазах до сих пор играет веселье, словно он не чувствует боли.

– Ты не отстанешь от меня, пока я тебя не отведу, да? – поражалась я.

– Все верно,– устало упав на землю, ответил Аян. – Ты тоже полежи,– запустив в мое лицо снежок и повалив меня рядом, предложил он.

«Это снова сон»,– закрутилось в моей голове.

Внутри стала разливаться привычная горькая боль. Я лежала на кровати с закрытыми глазами, пытаясь настроить себя на продуктивный день, но все было тщетно.

Когда я попыталась открыть глаза, то почувствовала на веках что-то прохладное. Взяв в руки мокрые мешочки с травами, я удивленно осмотрелась. Я была в палате во дворце. Элефим ступой переминал какие-то травы за рабочим столом, между делом создавая целебные отвары в небольшом котле. Сдержать в себе ехидну я не смогла.

– Вы решили заварить на моих глазах чай?

Эльф обернулся и довольно заулыбался.

– Госпожа Эмира, наличие юмора – хороший знак,– взяв у меня мешочки с травами, подметил он. – Травы хорошо снимают отеки с глаз. Вчера у вас был тяжелый день.

– Я разрушила башню? – безрадостно поинтересовалась я, приняв положение сидя.

– Нет,– махнув рукой, успокоил Элефим. – В башне ничего не пострадало. Защитный купол дал мне знать, что вам плохо.

– Он вас оповещает, даже когда я плачу?

– Думаю, дело в глубине душевной боли. Обычно я не чувствую страданий господина Рея, но ваше почувствовал,– с сочувствием признался он.

– У вас есть что-то от этой боли? – как можно тише спросила я. – Или что-то, что остановит воспоминания? Я не могу перестать думать о …

Произнести имя я не смогла, так как комок застрял в горле, а глаза снова налились слезами. Прокашлявшись, я посмотрела в сторону и часто заморгала, пытаясь сдержать слезы. Не помню, когда в последний раз была такой слабой.

– Госпожа Эмира, у меня есть успокаивающие настои и чаи.

– Что, скажете, что потом станет легче? – вспомнив слова всех своих знакомых, когда умерли родители, уточнила я

– Нет,– честно признался Элефим. – Боль останется с вами до конца, но вы привыкните к ней. Вы станете сильнее или сломаетесь.

– Спасибо за честность,– вытирая скатившуюся слезу, сказала я.