Соблазн цвета лайма

– Граждане пассажиры, продвигаемся на выход! Вещи не забываем в вагонах!

Мимо проходит проводник, оглашая скорую остановку, и у меня сердце подпрыгивает от волнения.

Ур-ра!!! Я в мегаполисе! Настоящая жизнь начинается!

Перекидываю сумку с ноутбуком через плечо. Прижимаю к груди пакет с фиалкой. И волоку чемодан со своей одеждой в коридор из купе.

Ой! Это же еще не все!

Возвращаюсь. Одной рукой подхватываю ручку и второго чемодана, совсем забыла, что мама Дана передала ему какие-то заготовки и вещи.

Теперь уже тяну два чемодана, кое-как удерживая фиалку.

Поезд замедляет ход и полностью останавливается.

Ух-х. Еще ничего не вижу толком, но все кажется таким крутым и огромным. Наш местный вокзал напоминает сарай по сравнению с высоченным зданием с колоннами. А людей-то сколько… Тьма тьмущая.

Некоторых пассажиров встречают, помогая выносить вещи. Меня никто. Проводник, видя мои надрывные потуги вытянуть все и сразу, помогает подать второй чемодан. По одному выносить побоялась из-за запугивания новых родственников, что здесь воры так и рыщут, так и высматривают у кого что стянуть, особенно молоденьких девушек.

Подхватываю из рук проводника неподъемный чемодан для Данияра и не удерживаюсь на ногах, все еще пытаясь прижимать к себе фиалку и контролировать остальную ношу.

Ой, мамочки! Лечу на землю, лечу и понимаю, что так и зароюсь там под своим же бесчисленным багажом.

Уже касаюсь лопатками асфальта, как меня резко подхватывают под руки сзади и ставят на ноги.

Первым делом осматриваюсь – все на месте. И поднимаю глаза найти того, кто же спас от падения в мой первый шаг на земле мегаполиса.

– Скажите, это вы мне помогли? – обращаюсь к высокому брюнету в кожаных штанах и темно-серой футболке.

Странноватый тип, не уходит и слишком пристально смотрит на меня.

– Ты видишь поблизости еще варианты?

С надменным выражением лица разводит он руки в стороны. Но больше всего меня смущает его взгляд, цепкий, тяжелый, будто я ему задолжала чего-то, а все никак отдать не могу.

В нем нет изъянов, правильные и даже слишком привлекательные мужские черты, словно застыли в холодной маске. И потому скорее отталкивают от такого брутального красавчика. В моих иллюстрациях брюнет мог бы стать как злодеем, так и бесстрашным рыцарем.

– Спаси-ибо, что не дали упасть, – вместо выразительной благодарности, бубню себе под нос.

– И тебе спасибо, месячная сестра.