Дерзкая мишень

Родители у меня – заслуженные дрессировщики страны.

Дядя, брат отца – директор цирка.

С обоих сторон родителей – братья и сестры в администрации или практикуют свои номера.

Кузины и кузены – тоже задействованы в программе.

Даже дирижер и среди музыкантов наш клан проявился.

Одна я выбрала стать ветеринаром. Само собой, для работы в цирке, из-за неспособности на что-то большее, по меркам остальных участников труппы.

– Думаешь, с тобой отношения заведу? Прям спасёшь меня своей ослепительной красотой?

Размечтался!

Летучий спасатель Елизар не успел еще дать понять, какая я слепая и неблагодарная.

Счастье свое не вижу в двухметровой горе мышц с идеальными после коррекций и ежедневных стараний чертами лица. Даже на новой афише его фейс прилепили. Не зря Летун старался.

Нам помешали газели. Не те, которые прекрасные животные. А такие же грациозные, но завистливые стервы. У нас и такие имеются.

– Выделывается, да? Хи-хи, – посмеялась одна из воздушных гимнасток, обращаясь к Елизару.

Бррр. Противная чучундра.

И другие затарахтели:

– Радовалась бы, что таким богатырям хоть чем-то интересна. Не будь у тебя, сама знаешь кого… И близко бы не подошли.

– Вот уж точно, на ком наследственность отдохнула. В семье ж не без…

Прервала приятные комплименты. А то все мне, да мне. Так и лопнуть недолго.

– Вы что, по сто грамм веса набрали? Ого как слой злости видно, – я округлила глаза, изображая ужас. Для них это худшая катастрофа, каждый грамм на счету.

 – Глядите, как бы не уронили вас, толстеющих от злости газелей.

– Я взвесилась час назад. Не беспокойся, – та что чучундра, она же самая противная, не дала себя напугать, остальные принялись осматриваться в шоке. – Можешь смеяться над нами сколько влезет. Искусство и талант выглядит именно так. А твое дело – в дерьме зверином ковыряться и под хвосты заглядывать.

Ржание газелей меня окончательно вывело из себя.

– Ну я вам сейчас!

Выхватила свою коробку у Елизара Летучего, довольного, что за него тут заступаются и учат меня уму разуму.

Замахнулась сразу на чучундру. В лобешник стукнуть стерву срочно надо. Спасаясь от расправы, гимнастки понеслись к автобусу на длинных худющих ногах. Я за ними.

Догоню и каждой в лобешник дам.

– Дашунь, ты куда? – в двух шагах от автобуса меня поймали крепкие руки.

– Крестный, опять газели достают! Помешанные на своих мускулах, богатыри ради выгоды откидывают со звездных плеч предложения.