Искушение. Книга о Вечной Любви

На грудь рефлексировало висящее над Евой красное яблоко. А ее прекрасное тело огибал Змей Искуситель. Он положил свою голову Еве на чрево, прикрывая ее наготу, и закрыл глаза. На заднем плане в реке были видны его большие кольца. Хвост Змея исчезал за горизонтом.

Я созерцал Искушение…

Листья на райских деревьях шевелились. Их ласкал легкий ветерок. Грудь Евы едва вздымалась от ее дыхания. Вдали серебрилась река…

Вдруг, не открывая глаз, Змей обратился ко мне…

Я замер, но страха не почувствовал.

– Ну, вот, наконец, мы и встретились.

– Здравствуй, – ответил я. – Я часто думаю о теме Рая, и пришел к выводу, что твое присутствие скрашивает Райский Сад.

Змей на мгновенье задумался, его чешуйчатая кожа переливалась зеленым перламутром. Не поднимая век, он промолвил:

– Скажу тебе больше… Как театр начинается с вешалки, так Рай начинается с Меня. Хотя театр может обойтись без гардероба, а Рай без Меня, увы, нет.

Пчела не полетит на цветок, если не прельстится его дивным нектаром. Искушение движет ею.

Оно движет исключительно всем в Природе. Я наполняю Мир Искушением, а Жизнь Смыслом, ибо Творение без Меня мертво есть. Создатель для того меня и сотворил, чтоб я вдохнул в Мир Движение и Силу Жизни, наполнив его Искушением, Прельщением и Соблазном. Да и Женщина, о которой ты так грезишь, зачем нужна тебе будет там, не будь Меня? О чем вы станете говорить Целую Вечность? Подумай лучше о другом.

В Раю должен быть Выбор. Пчела должна иметь выбор лететь ей на этот цветок или на тот.

Никто не должен за нее этого решать. Да и ты должен иметь Свободу Выбора вкушать тот плод, какой захочешь. И Женщину… Змей улыбнулся.

Ты упомянул Создателя. Расскажи мне о Нем. Многие люди считают, что никаких доказательств Его существования нету. А наука утверждает…

Но Змей не дал мне договорить, он лишь засмеялся.

– Как я выгляжу? – спросил он, содрогаясь от приступов смеха.

– Не понял…

– Как я выгляжу? – опять повторил он. – Посмотри внимательно.

И Змей начал медленно поворачиваться, подставляя моему взору то один, то другой бок.

Движение рисунка на его змеиной коже завораживало. Ромбы, прямые линии, ровные пятнышки, будто проведенные по линейке, представляли захватывающее зрелище.

– Красиво, не правда ли? – спросил он. – И, знаешь, этот рисунок – не моих рук дело. Тем более, у меня вообще нет рук. Так КТО меня так раскрасил? Ты никогда не задумывался об этом?

– Природа, наверное…, – предположил я, опираясь на то, что знал.