Горлинка Хольмгарда Книга 1

Она пока не понимала, что угодила в ловушку. А также недоумевала, почему Миронег орет на всю улицу: ведь раньше он всегда защищал честь их семьи, даже запрещая сестрам некоторые наряды, которые казались ему нескромными. – Это все совпало…Я всего лишь хотела узнать у него о…Да ты же сам…– Перуника хотела сказать, что именно Миронег посоветовал ей поговорить с одним из прибывших и выспросить все новости о Рёрике. При этом брат не разрешил ей выходить из дому. Получается, он сам подтолкнул ее к тому, что произошло?

– Замолчи, негодная! – Миронег отвесил Перунике оплеуху, а после толкнул ее обратно в избу, дверь в которую быстро захлопнулась.

Перуника упала на пол, утирая с лица кровь, которая потекла из ее носа после того, как брат ударил ее. Перуника прижала ладонь к лицу и оглядела свою побагровевшую руку. Никогда прежде Миронег не бил ее столь сильно. И это его действие вдруг в один миг отрезвило ее. Непросто так он переменился, не просто так он кричал на весь двор о том, что раньше тщательно скрывал.

Все не просто так. Всему есть причина. Он больше не любит ее, как тогда, когда она была маленькой девочкой. И он теперь не боится ее, как боялся всего пару дней назад, когда она грозила ему своим ребенком, обещающим занять престол Ладоги.

– Рёрик скоро придет и…– простонала Перуника.

– Придет. И найдет здесь шлюху, о которой будут все судачить…– дополнил речь сестры Миронег. Он не был подлым и хитрым. И не смог бы измыслить всего этого чудовищного действа, если б его наставник Мирко не подтолкнул его к этому.

И все-таки Миронег, будучи своевольным, не послушал старика. Он не стал убивать сестры, ставшей ему опасным врагом. И не стал устраивать все так, чтобы виноватой оказалась его несостоявшаяся невеста. Плачущая Дива, которая даже если и виновата в чем-то, то уже сполна ответила за все, оказавшись изгнанной. Не хватает только оклеветать ее, обвинив в тяжком преступлении.

– Я расскажу ему, как ты отнял нашего ребенка, – Перуника понимала, что своими словами всегда делает себе только хуже.

Но ее громадное самомнение и длинный язык орудовали отдельно от ее воли.

– Это не я отнял твоего отпрыска, – поправил Миронег. – Отец. Стожар. И он захотел забрать сына от такой матери, как ты. Это все видели.

Воцарилась тишина. Перуника обдумывала последнее изречение брата. И когда его смысл дошел до ее воспаленного мозга, она залилась слезами.