Княжна для викинга. Книга 2

– Ну почему я должен все продумывать сам?..– пощипывая подбородок, Годфред издалека окинул взором старшую дочь Бармы, неприглядную Любору, которая стояла возле Ясыни и вместе с той наблюдала за обрядом. – Я знаю…Подойди к ней, скажи, что время уже позднее, и ей нужно ехать домой.

– А если она не согласится? Наверняка эта злыдня тут для того, чтоб присматривать за Ясыней, – предположил Торольв. – Мне что, тогда насильно заталкивать ее в повозку вместе со слугой?! Я, конечно, могу это сделать без проблем…Но не уверен, что это правильно.

Все-таки она твоя будущая родственница…– несмотря на то, что Торольв слыл отмороженным на всю голову и в жестоких боях ему не отыскивалось равных – в действительности он был неглуп и определенные вещи понимал вполне.

Годфред задумался. Его глаза бессознательно следили за происходящим на поляне возле жертвенника. Ум его был занят вовсе не молитвами и не мыслями о богах.

– Смотри туда…– Торольв кивнул в сторону алтаря.

Волхв совершал жертвоприношение, шепча обережные заговоры.

Три огненно-красных петуха один за другим лишились своих голов во славу Перуна. Их кровь окропила сложенное на алтаре снаряжение защитников Изборска. После заклинания мужчины один за другим двинулись к жертвеннику, дабы забрать каждый свое оружие, заговоренное жрецом.

– Да хранит тебя Перун! – наказывал волхв каждому приспевшему к нему мужчине, смазывая лоб верующего жертвенной кровью.

– Ладно, пойдем…– Годфред махнул Торольву рукой следовать за ним.

– За мечами? – уточнил Торольв, сплюнув через плечо.

– К Ясыне! – гавкнул Годфред. – Кстати…Как зовут ее сестрицу? Я что-то запамятовал…

– Кажется, Любора, – припомнил Торольв.

Ясыня и Любора наблюдали за «боем Перуна и Велеса», стоя под руку. Сражающимися божествами были в действительности причты культа, одетые соответственно. В одной руке громовержца мелькала палица, а в другой – каменный топорик. Из-за его спины выглядывал колчан со стрелами, имеющими каменные наконечники.

«Велеса» же покрывала медвежья шкура с разинутой пастью, из которой торчали острые клыки зверя. За поясом Велеса был прицеплен кнут, скрученный кольцами. В ладонях он сжимал длинное копье, оканчивающееся наверху змеей.

Затаив дыхание, зрители ожидали исхода битвы, которая определила бы дальнейшую участь всех людей в мире. «Перун» неминуемо побеждал своего соперника. Его тяжелый каменный топор упал на копье «Велеса», и оно треснуло.