Невеста из Уайтчепела

– Это лучше всего, – Эмили не стала отказываться от желаемого всем сердцем. А чай был ее любимым напитком, особенно гвоздичный. – Прошу прощения, а здесь можно курить? Я нервничаю. А мне надо сосредоточиться и понять, чего конкретно не хватает в получившемся изображении…А для этого мне необходимо…

– Курите, – Роберт достал пепельницу из ящика стола и выставил перед Эмили. Этот жест инспектора говорил о том, что курение здесь не только разрешено, но и практикуется.

– Вы слышали мой разговор с Биллом…– Эмили теперь было неловко за свои подозрения.

Дверь в кабинет была открыта. Эмили видела проходящих по коридору людей. Ее глаза машинально следили за ними, хотя на самом деле она думала о своем. – Прошу меня простить. Я вижу, что вы истинные стражи закона…

– Я рад, что вы в этом уверились, – усмехнулся полицейский.

Кабинет инспектора выходил на северную сторону. Наверное, оттого в нем было сумеречно, несмотря на то, что за окном гудело утро. Ненастное, но все-таки утро.

Работая над портретом, Эмили задумалась, тайком разглядывая инспектора.

Роберт Кент был человеком приятной наружности. Не слишком высок, но и не низок, не тучный, но и не тощий, как иные. Яркие карие глаза, четкие скулы и каштановые волосы. Сосредоточенный вид говорил о том, что он о чем-то думает. Разумеется, он же на службе. И все же он несколько рассеян. Разбил одну чашку и, не обратив внимания на этот досадный инцидент, молча достал с полки другую. Задумчиво помешивая ложкой чай, Роберт подошел к Эмили и заглянул из-за ее спины в рисунок, который она почти завершила.

Портрет оказался четок, и его вполне можно было принять в качестве улики.

– Я хочу, чтоб эта рожа завтра была на каждом столбе! – Эмили со злостью ткнула в получившегося маньяка указательным пальцем. И тут же смутилась своему искреннему порыву: как бы ни был праведен ее гнев, ей надлежит тщательно подбирать выражения. То, что думается, не всегда следует высказывать вслух.

 – Вы не поверите, но когда я увидела мистера Уолдри, то сразу почувствовала, что с ним не все ладно, – Эмили забрала у инспектора чашку с чаем, сжав ее в своих холодных ладонях. Она никак не могла согреться. После того ужасного вечера ей постоянно было холодно. Возможно, это нервное потрясение давало о себе знать таким диковинным образом.

– Последний вопрос, который я хотел задать вам, – Роберт оперся на край стола, отодвинув в сторону бумаги.