Княжна для викинга. Книга 1

– О чем ты задумался?

– Все это время я не позволял себе отвлекаться на мысли о доме, – ответил Гостомысл, вздохнув. – Перед нашим выступлением Злата обещала сына…Но так и не получилось. Теперь, надеюсь, по возвращении все удастся.

– Конечно! Почему нет! – как всегда, жизнелюбиво отозвался Бойко. – Кстати…А что твой другой сынок…– громкий голос Бойко сменился шепотом. – Тот, что…– вместо дальнейших пояснений Бойко состроил таинственную рожицу. – Я надеюсь, он не пострадал при атаке…

– Он здоров, – кивнул Гостомысл, улыбнувшись самому себе.

– Рад слышать…– Бойко оглядел корабль, словно пытаясь заприметить обсуждаемую личность. Но никто из воинов не был явной копий своего отца, чтобы привлечь к себе внимание старого дружинника. – Ты скажешь ему когда-нибудь правду?

– Никогда…

Глава 8. Девичество

Шелест листвы в танцующих кронах берез. Теплый южный ветерок. Холода давно минули. Впрочем, в родном Новгороде всегда отрадно. Быть может, он пока не так укреплен, как некоторые другие поселения, но зато здесь все самое лучшее.

Самый белый снег и самое яркое небо.

Дива, младшая из трех дочерей Гостомысла. С ее именем связаны упования семьи – красивая и смышленая – она принесет пользу себе и городу. Но это в будущем. А пока она лишь ребенок. Вдалеке от суеты лежит на опушке леса и мечтательно вглядывается в бескрайнюю синь. Княжну мало волнуют обыденные вещи. Ее ум чаще занимают отвлеченные вопросы. Добро и зло, звезды и небо. Где-то в глубине кучных облаков, как говорят, находится обитель могущественного Сварога.

Интересно, кто это выяснил?..Ведь чтоб узнать наверняка, надо сперва взлететь к небу, наверное, на большой птице или изготовленных крыльях. Либо можно построить терем до облаков. Если скреплять венцы, то он не должен обвалиться.

Не заметив того, Дива уснула. Трава в поле была высокой. Потому княжна не боялась, что повстречается тут с кем-либо. В таких зарослях ее непросто заприметить. Она нередко засыпала на ароматной подстилке из луговых колокольчиков, когда не хотела возвращаться домой, где ее зачастую ожидали упреки и грызня.

Мира среди домочадцев Гостомысла не было.

Сон младшей дочери Гостомысла всегда был крепок. Однако на этот раз ей не удалось выспаться под колыбельную ветра. Чьи-то голоса разбудили ее. Сначала сквозь дрему она услышала какую-то возню. А потом и вовсе проснулась.

– Что ты наделал?! – послышался сердитый женский голос, который даже спросонья показался Диве знакомым.