Друг. Любовник. Муж

Ольга и Милена тоже иногда получают подобные предложения. Остальным моделям предложения делают гораздо реже, но тоже бывает. Но они то и выглядят куда лучше меня!

– Рыба моя, утро не заладится если наш фотограф прождет тебя ещё хотя-бы минуту!– говорит Андрей, протирает моё лицо специальным средством.– Быстро рассказывай, что стряслось?

От этой жидкости немного щиплют глаза, терплю и стараюсь не дышать, чтобы не мешать художнику творить. Сегодня съёмка не особо важная, стандартный фотосет для дополнения портфолио, но Андрей все равно выложится на все сто.

Почему-то, этому парню хочется доверить все свои самые сокровенные секреты. Возможно, дело в его нетрадиционной ориентации, или это просто природный магнетизм. Он понимает абсолютно каждую девушку в агентстве. Каждой найдёт нужные слова, всегда выслушает и поддержит. При этом он никогда никому не перемывает кости, не осуждает и не лезет в душу.

–Мне поступило предложение…– тихо говорю, стараюсь чтобы никто не услышал.

Андрей удивленно улыбается.

– Да неужели! И кто этот смертник?

– Максим Бадаев, владелец «Сакуры».-отвечаю с закрытыми глазами, стараюсь не жмуриться от щекочущих прикосновений мягкой кисти.

– Да ты что!– как-то слишком громко восклицает Андрей.– А ты чего же, отказалась?

– Конечно!– возмущенно заявляю и злюсь. Почему он задаёт такие глупые вопросы? Разве могло быть по другому?

– Рыба моя, да если бы Макс Бадаев сделал предложение мне, я бы послал своего Артура и непременно согласился!

Открываю глаза от удивления и ловлю на себе не менее удивлённый взгляд примера.

Все агентство знает о его любви к Артуру, которого никто никогда не видел, но все всё про него знают. Как и о том, что целый год Андрей добивался взаимности от бывшего одноклассника.

– Рыба моя, ты уверена что понимаешь о ком говоришь? Я просто вчера видел этого Максима, когда он приезжал, и это, я тебе скажу, просто отвал всего!

В голову, словно скользкие ужи, проникают мысли о том что надо хотя бы посмотреть в интернете как выглядит этот «отвал всего».

Сдерживаюсь как могу, отгоняя этих ужей по дальше. Какая разница? Я ведь все равно ни за что не соглашусь. Слишком брезгливая для этого. К тому же в подкорках моего подсознания прочно сидят мамины нравоучения о девичьей чести.

Отстрелявшись в студии и распрощавшись с Саньком, повелителем объективов и камер, у меня осталось полно свободного времени. Домой совершенно не хочется, не смотря на то что я очень люблю свою квартиру.