Овертайм

– Неужели это не сон? Это же дом моей мечты! Ущипните меня! – восклицаю я и тут же морщусь, когда кто-то и в самом деле щиплет меня за задницу.

Резко поворачиваюсь и впадаю в ступор, увидев знакомого голубоглазого кретина. Теперь я уверена, что Иисус не просто наказывает меня, он всеми возможными способами показывает мне свою ненависть. Шумно выдыхаю, поднимаю голову к небу и с громким стоном произношу:

– Черт!

– То ты называешь меня «Боже мой», а теперь обращаешься ко мне «Черт».

Определись уже, Блонди, – ухмыляется Рид.

Опускаю голову и смотрю на говнюка, стоящего передо мной. Рид сияет сексуальной улыбкой. Его светлые волосы взъерошены. Из одежды на нем только серые спортивные шорты, низко сидящие на бедрах.

Как же он меня бесит!

До одури.

Все утро мне пришлось сдерживаться, чтобы не убить другого говнюка, испортившего мне жизнь. Так что у меня осталось совсем немного самообладания. И этот остаток я трачу на то, чтобы не опустить взгляд и не начать любоваться идеальным рельефным телом Рида.

Я в полной заднице.

– Отнесу вещи в дом, – произносит Эштон, вытаскивая мой чемодан из багажника.

– Не надо. Я не буду жить с Ридом, – заявляю я, сложив руки на груди.

– Не доверяешь себе? – вскидывает бровь блондин.

– Тебе.

Эштон хмыкает и все-таки уносит чемодан в дом. Неожиданно Рид подходит ближе и сгребает меня в охапку, крепко обнимая.

От его наглости у меня на пару секунд пропадает дар речи.

– Какого черта ты делаешь? – раздраженно интересуюсь я.

– Слышала что-нибудь об объятиях, Блонди?

– Звучит как какой-то запрещенный прием MMA[24 - MMA – смешанные единоборства.].

Усмехнувшись, Рид своими большими руками хватает мои ладони и кладет их себе за спину, тем самым заставляя обнять его в ответ. Сама не замечаю, как утыкаюсь в его шею и вдыхаю запах. Рид пахнет теплом.

Это невозможно описать словами. Успокаивающий стук его сердца. Исходящее от его тела тепло. Сильные руки. Хочется раствориться во всем этом. В нем.

Какое-то время мы молчим, а затем Рид неожиданно произносит:

– Я тоже скучал, Блонди.

– Я не говорила, что скучала, – протестую я.

– А я поменял свой дар предвидения на телепатию.

Невольно улыбаюсь ему в грудь, осознавая, что он помнит наш разговор в Турине.