Космическая Армада. Том 1. Королева

Когда я помру, позовёшь… Не хочу умирать один. И при медиках умирать не хочу. Боль.. скоро пройдёт. Я вот говорю с тобой, и мне не так больно… Расскажи мне что-нибудь, а? Или… вспомни чего из наших похождений, ну, из тех – старых, когда ещё брат мой был…

Цимих не выдержал и проронил слезу, потом опустился прямо на кровать рядом с Королём, взял его за руку. Паэгон сжал его руку в ответ.

– Хорошие были времена… – сказал Лешер, сдерживая слёзы.

– Ты.. брату моему скажи, что я скучал по нему, ладно? Я знаю, он прилетит ко мне на похороны.

Обязательно прилетит… Мне только сейчас, перед лицом неминуемой смерти понятно стало, каким же я был идиотом, как я его обижал, как я был не прав… Кто меня ещё любил, как он? Ну, может, ты меня почти также любишь. Ты мне как брат, Цимих, и всё же… Он – кровь от крови Королей, а кровь не водица. Я обижен на него был, только вот к чему обиды эти теперь, да? Вообще ни к чему…

Паэгон снова прокряхтел. Застонал. Цимих крепче сжал его руку.

– Смотри-ка, даже обезболивающие не помогают… – мучительно выдавил Король.

 – Ну, расскажи, Цимих, расскажи что-нибудь!..

Лешер склонился ближе к Королю, заглядывая в его единственный уцелевший янтарный глаз, и тихо, как песню, заладил прекрасный стих, который монарх ранее не слышал, не знал, и не мог знать. Король слушал, и будто погружался в образы слов, в ставший реальностью мир; его рука сжимала ладонь Цимиха, но уже мягче, боль отзывалась в теле лишь чуждыми покалываниями. Он мерно задышал.

Был только гипнотизирующий взор голубых глаз, бездонных и мерцающих, как воды из стиха; только голос, молитвенно-торжественный, льющийся и успокаивающий:

В стране Ксанад благословенной

Дворец построил Кубла Хан,

Где Альф бежит, поток священный,

Сквозь мглу пещер гигантских, пенный,

Впадает в сонный океан…

На десять миль оградой стен и башен

Оазис плодородный окружен,

Садами и ручьями он украшен.

В нем фимиам цветы струят сквозь сон,

И древний лес, роскошен и печален,

Блистает там воздушностью прогалин.

И тень чертогов наслажденья

Плыла по глади влажных сфер,

И стройный гул вставал от пенья,

И странно-слитен был размер

В напеве влаги и пещер.

Какое странное виденье -

Дворец любви и наслажденья

Меж вечных льдов и влажных сфер…

Король закрыл глаз и разжал ладонь, тихо засыпая вечным сном; челюсти расслабились, раскрывая рот, высвобождая последний выдох. Грудь монарха больше не вздымалась.