Звери не меняют свой облик

Мужчина, как показалось Арине, едва заметно смутился, потом улыбнулся, посмотрел внимательно в глаза Арине и начал рассказывать доверительным тоном.

– Я вижу, что ты не сорока базарная, налево-направо не станешь разносить. Коль есть любопытство – расскажу. – Он подошёл ближе, зачем-то расправил усы, пригладил бороду. – У меня жена моложе на девять лет. Когда я к пятидесяти подходил – она выглядела совсем молодкой. А я на наружность подряхлел. Вроде отца ей казался. Ну и неинтересно ей стало со мной утешаться. – Дачник замолк, а Арина поспешила с вопросом:

– Что, ушла к другому?

– Фактически осталась, а по сути ушла.

Тогда и я ушёл… из дома. И решил я тогда заняться своим внешним обликом: бросил курить и выпивать, занялся физкультурой. Наверное, смешно – стал пользоваться различными кремами да лосьонами, будто баба какая. Однако ж не понапрасну. Через десяток лет у меня лицо стало моложе, чем тогда, когда уходил. Вот так и поддерживаю тонус. – Мне семьдесят семь, – добавил он после нескольких секунд молчаливого погружения в память.

– Чем же Вы здесь занимаетесь? – участливо поинтересовалась Арина.

– Живу. Сочинительством занимаюсь: стишки, рассказики.

– Интересно! Хорошо бы услышать что-либо.

– Да я так, для себя.

– Только для себя – неинтересно!

Слова Арины подействовали убедительно, и мужчина, качнув головой от сознания, что его «поймали на крючок», начал читать не совсем умело, но с чувством:

– Хмурый зимний пейзаж. Тишина и мороз. Как далёкий мираж, на стекле танец роз.

На ветвях, как плоды, комья снега висят. Не ушёл от судьбы замороженный сад. – Закончив, он коротким цепким взглядом попытался разглядеть на её лице следы произведённого впечатления.

Арина изобразила одобрение:

– А ещё что-нибудь.

– Январской ночью в ореоле морозной дымки свет луны. А в голубом бескрайнем поле сиянье снежной тишины. И здесь, тропою неприметной, дороги зимней вьётся нить. Иду с желанием заветным: увидеть всё и не забыть! – На этот раз он читал артистичней, но в конце смутился, махнул рукой, вроде ни к чему эти «выступления», тем не менее ожидал оценки.

– Интересные зарисовки: коротко, ёмко, выразительно, – похвалила Арина. Она решила, что контакт налажен и пора переходить «к делу».

– Спасибо за стихи! Они мне понравились. Арина, – назвала себя, протягивая руку.

Дачник, довольный почтительным отношением, с поклоном взял её ладонь двумя крепкими руками и представился, будто на официальном приёме:

– Трофим Лагунков.