Котэ, любовь и дом с привидениями

Впервые в жизни!

В сорок с лишним лет суровый бандит впервые по-настоящему влюбился!

– Ну что такое! – Сникерс плюхнулся на высокий барный стул, поставил локти на стойку и кокетливо заныл: – Вот все от жизни плюшки – пиявки да лягушки! Эхх, жизнь моя жестянка! Не жизнь, блин, а болото… Сплошная минералка… А водки так охота!

– Да ты поэт! – оценила бойкая бармен. – Держи, полезно.

Она вручила пригорюнившемуся мужчине бутылку минеральной воды и ободряюще улыбнулась.

– А как тебя зовут, отрада глаз моих усталых? – пошел в атаку Сникерс.

– Марина. А тебя?

– Валера! Мариночка, а что вы делаете после работы?

– Дальше работаю. В Гнезде. Ну… В заброшенной турбазе. Там ремонтные работы контролирую, мужиками командую! – залихватски подмигнула прелестница.

– Это правильно, – Сникерс состроил глазки, – если нами не командовать… Вянем… Без женского контроля… Как цветы без солнца… Кто бы меня под шефство взял!

– Могу и взять, – пожала плечами Марина, – приходи на завтраки-обеды-ужины в Гнездо.

Я там буду туристов полезной домашней едой кормить. Тебе – самое то!

Сникерс вернулся в номер окрыленным и романтично настроенным.

– Сережка, – задумчиво произнес он, – а ты чего не женился?

– Ого, – по-подростковому заржал тридцативосьмилетний бандит, – Валерка с бабой признакомился!

– Я тебе сейчас тресну, – пообещал старший брат, – не с бабой, а с ТАКОЙ ЖЕНЩИНОЙ! Тебе не снилось, балбесина.

– Да ладно, не сердись, – примирительно проговорил младшенький, – как зовут-то красотулю?

– Ма-ри-на, – блаженно жмурясь, просмаковал Сникерс.

Спрут подбросил пульт, поймал его. Повторил движение. На этот раз – не поймал. Пригорюнился… И, словно решившись, резко выпрямился, махнул рукой:

– Женись, Валерка! Ну, в конце концов, все там будем! Зато супчики, котлетки…

– Нет, Серый, – Сникерс печально вздохнул, – даже не говори мне об этом.

– Почему? Неужели не нагулялся?

– Перегулял я! Блин, ну подумай сам! Кто она, и кто я! Она – лесная нимфа… Чистая, добрая, веселая… А я? Уголовник! Бандит! Кровь на мне, понимаешь? А дети пойдут? Будут писать в анкетах, папа судимый?

– И что теперь – никогда детей не иметь? Ну, не регистрируй брак.

Ну, пусть у детей в свидетельствах о рождении вместо твоего имени прочерк будет. Но зато… Ты же бизнесмен. Обеспечишь семью вдоль и поперек. На руках их будешь носить. На моря возить! Они тебя любить, целовать будут!

Сникерс с сомнением взглянул на младшенького.