Светлый Том

Кирилл Борисович откинулся в кресле. Он привык разговаривать с тенями из прошлого. Кирилл Борисович давно понимал, что, по мнению стороннего наблюдателя, является клиентом психушки, но так в нее и не угодил.

В свой родной город, Кирилл Борисович вернулся не давно. 10 лет в Питере и 25 в Москве.

– 25 лет, это же целая жизнь. Столько лет мне было, когда я уехал по протекции в Москву. Перебивался в аспирантуре с хлеба на воду, пока Женька, одноклассник не подкинул халтурку. И понеслась. И возвращением в родной город я обязан, опять же Женьке.

Правда, уже приехал на похороны. Официально пригласили. Как-никак губернатор Евгений Борисович. Одноклассник и партнер по антикварному бизнесу. -Надо помянуть знаковую фигуру Евгений Борисович в моей жизни.

Кирилл Борисович подошел к бару, достал бутылку виски. – Chivas Regal 12 – благородный самогон. Помнишь, Жека, как тогда у дяди Кузьмы… Да надо сходить и поговорить. Кирилл Борисович поставил бутылку на стол. Проверил связки ключей на поясе, вышел из кабинета.

Прошел по коридору до двери с табличкой «Кладовка». Открыл тремя ключами дверь – сейф. Такая сложная защита не от воров, а от меня. Чтобы три раза подумал, прежде чем заходить в свою сокровищницу. Зашел в комнату, включил свет.

– Вот все мое богатство, все мои сокровища, – Кирилл Борисович обвел глазами металлические стеллажи, на которых, за пронумерованными металлическими дверцами, ждали его сокровища. Большинство предметов его коллекции не имели ценности ни для кого кроме самого Кирилла Борисовича, – будь осторожен Кирюха, ты помнишь, за чем сюда пришел.

Номер «178», проверим. Подошел к тумбе каталога, выдвинул ящик с литерой «Е»: Евгений Борисович номер ячейки 178. – Пойдем, поздороваемся Жека.

Кирилл Борисович открыл дверку с номером 178. Там в нише лежал золотой Parker в прозрачном пластиковом футляре. Положив футляр в карман пиджака, Кирилл Борисович закрыл дверцу ячейки, погасил цвет, закрыл кладовку на три замка. Придя в кабинет, выложил футляр с ручкой на стол, налил в стакан виски.

Поставил стакан перед собой. Достал из кармашка на брюках серебряный корпус от часов с тем, что прятал под стеклом и серебром у себя. Нажал на кнопку, серебряная крышка откинулась. Все еще там. Положил пальцы на стекло, поглаживая странный лик, вырезанный на куске черного обсидиана, левую руку положил на футляр паркера.

– Ну, здравствуй, Жека, – Кирилл Борисович вспомнил того Жеку из 11Б, его оценивающий взгляд, показную расслабленность в теле.