Человек человеку волк

– Ты слышала, что произошло прошлой ночью, Марти?

Две еще не старые, но уже не молодые женщины стояли около дома с номером «17», который вроде как должен был приносить счастья и процветания своим хозяевам, но никак ни горести и несчастья.

– Нет. А что? Что-то случилось?

Говорившая первая дама, та, что завела весь этот разговор, картинно зажала рот ладонью. Получилось это настолько театрально, что становилось смешно.

– Случилось, случилось… Помнишь Девида? – заговорщическим шепотом спросила женщина.

– Старший сын Холла Хайдена?

– Да, именно!

– Хороший такой паренек.

В отца пошел. Темноволосый, всегда здоровался. Прелестный мальчик.

– А Ричарда? – вновь уточнила женщина.

– О, его сложно не помнить. Мальцом, когда был, совсем сорви голова рос.

– Убил Ричард Девида. Зверски убил. Затем сам… тоже убился. На глазах у жены, представляешь?

– Какой ужас! – всплеснула руками вторая. Такой новости она явно не ожидала и была не то чтобы удивлена, поражена! – Кто бы мог подумать…

– Вот и я о том же.

– Как не стыдно, дамы.

Неожиданно позади, промывающих косточки соседям, клуш раздался насмешливый голос, заставивший женщин вздрогнуть от неожиданности и стыда.

– Вам лучше заняться своими делами. У вас ведь их так много сегодня. Не так ли? – довольно вежливо намекнул мужчина, что хорошо бы им проваливать и не мешать ему работать, создавая ненужное столпотворение.

Обернувшись, пренебрежительно и с толикой брезгливости фыркнув, женщины удалились, оставляя после себя шлейф блевотно-сладких духов.

Они бы еще долго топтали едва зеленую траву соседской лужайки, если бы их не прервал своим появлением детектив. Он выглядел недовольным и слегка уставшим. Если бы не это дело, он преспокойно вышел бы в свой законный и вполне заслуженный отпуск, который планировал провести в домике на озере с любимой девушкой и ее двухлетним сыном. Но вместо приятного времяпровождения, он стоит здесь, вынужденный заниматься делом, за которое должен был отвечать Нил Брайн. Коллега так не кстати сломал ногу. Нет, конечно, он сочувствовал другу, но себе он сочувствовал больше. Заниматься этим делом он не желал, имея старые счеты с семейством Хайден.

Работая с преступлениями уже достаточно долгое время, он неуклонно считал, что вот в таких вот светлых домах с ухоженными фасадами и зеленными лужайками по чаще, чем в мрачных и малоприятных жилищах, творятся страшные вещи. А скелетов в шкафу бывает по более чем на одном из местных кладбищ.