УБЫР. Проклятье колдуна

Петька тревожно оглянулся на мать, что всхлипывала у него за спиною, потом затравленно посмотрел на представителей власти, присутствующих в количестве аж трёх человек. Юнец часто заморгал, но всё же совладал с собою и от слёз удержался.

– Ну… – начал было Кузьменко, но пацан его прервал.

– Он… он сам! – выпалил он, губы его тряслись. – Мы его не трогали! Мы просто так сидели!

– Кто это – он? Чего – сам? – поинтересовался Ливенцев. – Мы тебя пока ещё ни о чём не спрашивали…

– Дед – сам! – Петька всё-таки захлюпал носом.

Ливенцев и Сысоев быстро переглянулись.

– Какой ещё дед? – удивился участковый, но майор жестом остановил его и внимательно посмотрел на юношу.

– Ну-ка, ну-ка, Петруха, расскажи всё по порядку. Да не трясись, разберёмся. Давайте-ка присядем. Мамаша, стульчики бы нам.

Мать суетливо бросилась расставлять табуретки, а Петька метнулся в комнату, откуда принёс два стула. Похоже, посадочных мест в доме только на то и хватало, чтоб разместить, помимо хозяев, ещё троих гостей.

– Ну, мы, значит, вечером сидели…

– Кто да кто?

– Ну, Ворон… то есть Воронцов… Андрей. Васильевич…

– Отчества пока не нужны. Давай по делу.

– Ну, я, потом Серёга Боркин, Витька Хвалёный, Витька Соколов…

– Стоп. Фамилия у этого Хвалёного есть?

– Так это и есть фамилия. Значит, ещё Толян Фокин… и вроде из пацанов всё. Ещё Зинка была Брянцева, а потом… потом Танька прибежала.

– Выпивали? – деловито вступил в беседу участковый.

– Ну… маленько, – замялся Петька и виновато посмотрел на мать.

– Самогоночкой, небось, у Склюихи разжились?

– Не знаю, – Петька слегка приободрился. Чувствовалось, что на вопросы о том, сколько пили да где взяли, отвечать ему не впервой. – Когда я пришёл, уже было. Да мы только по стопарю!

Участковый с видом знатока оглядел помятую Петькину физиономию и скептически крякнул.

– Так, так. Прибежала Танька. Фамилия?

– Симакова.

– Больше никого не было?

– Никого, – подумав, ответил Петька.

– Значит, этот ваш Ворон – раз, вас, пацанов – пять и две девчонки.

– А то! За пятнадцать-то лет…

– Значит, сидели, никого не трогали. И что дальше?

– Я ж вам говорю, Танька прибежала к нам. Этот дед, он… – Петька беспомощно похлопал прекрасными своими очами, собрался с духом и доложил: – Он её вы…ть хотел.

Мать коршуном метнулась к отпрыску и хорошо отработанным движением отвесила ему подзатыльник. Петька втянул голову в плечи и сконфуженно посмотрел на ментов.