Тайная жизнь скромницы

Но сегодня пальцы Кэтрин коснулись обнаженной кожи над вырезом топа и замерли в нерешительности.

– Вижу, сегодня вы не застегнуты на все пуговицы, – отметил Макс. – И маленькие золотые сережки вы тоже не надели. Что же вы теперь будете делать?

Этого Кэтрин пока не решила, зато точно знала, чего делать не будет: обсуждать с начальником свой внешний вид!

– Думаю, работать, мистер Резерфорд, – наконец ответила она.

– Макс, – поправил тот.

Кэтрин моргнула, изображая растерянность.

– Я знаю, как вас зовут.

– Тогда не пойму, что, черт возьми, мешает вам обращаться ко мне по имени?

Упрямое нежелание Кэтрин называть начальника просто Макс уже успело послужить причиной многих споров. Но такое обращение казалось ей слишком… личным. А фамильярностей в офисе Кэтрин не любила. Если не держать ухо востро, и опомниться не успеешь, как переступишь через все границы. Но Кэтрин и так уже балансировала на краю из-за ситуации с «Цветком страсти», поэтому решила до конца дня не раздражать Макса своими «мистерами Резерфордами».

– Хорошо, – кивнула она. – Макс.

Начальник явно не ожидал, что она так легко уступит, и, оправившись от удивления, удовлетворенно кивнул.

– Только, я вас очень прошу, перестаньте выражаться, – с самым невинным видом прибавила Кэтрин.

Лицо у Макса сделалось озадаченное.

– Я и невыража… – Макс запнулся и через секунду расплылся в своей неотразимой чуть кривоватой улыбке. – А-а, вы про «черт возьми»! – Макс рассмеялся.

 – Иногда задаюсь вопросом, действительно ли вы такая паинька, какой хотите казаться, Кэти.

– Паинька?..

– Ну да, образцовая секретарша при всех атрибутах: кофточка-двойка, жемчужные бусы…

Кэтрин сдавленно фыркнула, и Макс сразу устремил на нее подозрительный взгляд. Кэтрин тут же приняла обиженный вид.

– Да, у меня есть кофточка-двойка, и жемчужные бусы тоже, – ответила она, изображая оскорбленную добродетель. Только ее кашемировая кофточка-двойка была ярко-красного цвета, и описать ее можно было одним словом – сексуальная.

А жемчуг был черным, и жемчужные бусины перемежались с яркой бирюзой. Макс наклонил голову набок. Он всегда так делал, когда хотел посмотреть Кэтрин в глаза. А в этот раз он, казалось, мысли ее прочесть вознамерился.

– Такое чувство, будто эта тема вас забавляет, но почему? – вкрадчиво произнес Макс. – Нет, что-то вы недоговариваете.

Смешливость как рукой сдуло.