Музы светлого Дома изящной словесности

И Серафима лёгким движением руки отправила заявление Лёли в творец-машину. Та приняла бумажку, важно погудела некоторое время и вернула заявление уже с резолюцией«Назначить Музом Лёли…»

«Ого! – поразилась Серафима, читая вердикт. – Неожиданное решение. Я думала, Мудрунья будет. Или Зелёная Вельма. Они, наши штатные сказочницы, свободны сейчас, против драконов ничего не имеют. Или кого-то из новеньких можно было назначить для начинающего автора. Но этот…»

– Это, дракон, да? – с испугом спросила девушка, разглядывая бумажку.

– Нет! – ещё больше удивилась Серафима. – Почему ты так решила?

– Двадцать одна согласная в имени, – с благоговением прошептала Лёля. – Только род королевских драконов имеет право на подобные имена. Как же я это запомню?

– А-а-а, – улыбнулась Серафима. – Действительно, имя у него несколько заковыристое. Мы зовём его Лулу. Муз Лулу.

– А он… хороший? – запинаясь, спросила Лёля.

Серафима задумалась… Лулу – очень специфичный Муз. Вид у него странный, но…

– Просто, – быстро выбрасывая слова, заговорила Лёля, – я думала, что у меня Муза будет.

В смысле – женщина. Мне с мужчинами сложно общаться, я с ними почти не разговаривала никогда. В школе мальчики были противные, а в институте у нас парней нет. А тут…

– Лулу – очень опытный Муз, – убедительно сказала Серафима. – Тебе невероятно повезло, девочка. Он не похож на стандартных мужчин и поэтому…

В этот момент из соседней комнаты раздался могучий рёв:

– Ги-ди-е мой ав-в-тор?!

Лёля вжала голову в плечи.

– Пойдём знакомиться, – пригласила её Серафима.

Лулу оказался огромным, выше двух метров…

– Ой, – окончательно смутилась Лёля. – Он что, негр?

Чёрная, заросшая седой щетиной физиономия гиганта впечатляла. Он был почти голый. Серая тряпка, обёрнутая вокруг чресл, была его единственной одеждой. Тело, казалось, состояло из одних мышц, но мускулистым красавчиком назвать его язык не поворачивался.

– Толерантнее говорить афроМуз, – тихо произнесла Аделаида.

– Ага, – подхватила Серафима.

 – Или – черноМуз! Лулу из старорежимных. Он не обидится.

– Обижусь, белопузые Музы! – проревел негр и улыбнулся.

Зубы у него были белоснежные, крупные, остро заточенные, согласно лучшим традициям изображения людоедов. Но Лёля увидела, что, несмотря на грозный голос, глаза у гиганта остались добрыми.

– Кто тут у нас? – обращаясь явно к ней, спросил он.

Вместо Лёли вдруг замерцал небольшой красный дракончик.

– Я Лёля, – пискнуло это существо.