Демонострой. Его ненавистная ассистентка

Для этой великой миссии я выбрала желтый брючный костюм и красивый вязаный топ, под него я надевала телесный лиф и на расстоянии казалось, что он облегает голое тело. К тому же весь этот комплект на мне идеально сидел, будто был сшит под фигуру. Волосы же, как и вчера, я просто уложила расческой, оставляя естественную форму. Блеск для губ, немного туши и много консилера, чтобы скрыть синячки под глазами. Сделать получилось если не «умытую росой деву», то хотя бы полусвежую землянку.

До завтрака оставался почти час, и я решила посмотреть телевизор в надежде почерпнуть дополнительные знания о демоническом мире.

Хоть я и знала многие знатные семьи и кое-какую историческую справку, но полной картины у меня не было: демоны тщательно оберегали свое наследие. Но стоило мне включить телевизор, как пульт выпал на пол и телевизор выключился.

На каком-то канале шла утренняя программа, в которой гостем был господин дей Сатт. А может и не гостем, и такое он проделывал ежедневно, потому что… потому что черное одеяние, похожее на нашу земную сутану, с дорогим алым поясом и бегущая строка, в которой я выловила слово «кардинал», не могло означать ничего иного, кроме того же, что и на Земле: Ахерон дей Сатт был одним из главных церковнослужителей в империи демонов.

О господи, а может и высшим, ведь перед ним встали на колени ведущие и целовали большой перстень на правой руке.

Это был настоящий шок!

Я не знала… Никто не знал, что у демонов, тех монстров, что мы привыкли относить к злу в нашей собственной религии, оказывается есть свое учение, и свои «папы римские».

Боже мой, спаси мою грешную душу!

А та «поющая беседка», в которой вчера Робиус хотел устроить мне ужин, не намоленное ли святое место для демонов? Или вообще часовня?

Я схватилась за голову и уселась на кровать, пытаясь переварить увиденное. Что ж, теперь многое вставало на свои места: и презрительный тон дей Сатта, и ненависть Робиуса. Лорэн Вронски лезла в постель не к обычному демону.

Не думаю, что она продолжила бы свои игры, узнай правду, хотя… соблазнить монаха – это же тоже вызов.

– Все, хватит, накручивать себя! – прикрикнула я своему отражению в черном пластике выключенного телевизора и уже тише добавила: – Здесь не Лорэн, а я. И это значит, что ситуацию еще можно выправить. В конце концов, мои новые правки должны показать, что на первое место ставится работа, а вызывающее поведение – просто особенность характера.