Дом на Сиреневой улице

Колян

Маргарита Делидович

Он повернул ключ в замке и поморщился: хлопнула входная дверь, по лестнице кто-то начал подниматься.

– Здорово, Колян. Ты как? – с деланным весельем спросил сосед, сочувственно посмотрев на парня.

Коля спешно поздоровался, выгнал из тамбура велосипед и спустился на улицу. Он не любил сталкиваться с соседями: если раньше приходилось выслушивать от них нравоучения и жалобы на шум, то в последнее время претензии сменились печальным закатыванием глаз и плохо скрываемой жалостью.

Было ясно, что слухи уже разошлись по дому. Стараясь ни о чем не думать, Коля поправил на спине здоровый квадратный ларь розового цвета, сел на велик и поехал на работу: до занятий в колледже можно было пару часов поразвозить заказы.

А ведь вначале все складывалось как нельзя лучше: отпуск родителей обещал целый месяц кутежа и свободы. Квартира превратилась в плацдарм для вписок, алкоголь лился рекой, а сероглазая Хельга (которую Коля все-таки мысленно называл Оленькой) наконец-то ответила ему взаимностью, правда, не без помощи пяти бутылок пива.

Иногда идиллию разрушали мамины телефонные звонки: «Коленька, ты не забываешь поливать цветы?», «Сынок, вы с Юриком не голодаете?», «Надеюсь, ты ходишь на занятия?», «Представляешь, еще только февраль, а тут уже трава начинает появляться!», «На, поздоровайся с бабушкой, привет тебе от тети Вали». Колян морщился от маминой жизнерадостности, головной боли и яркого солнца, перешагивал разбросанные по квартире, словно после побоища, тела, и брел поливать приунывшие зеленые кустики на окнах.

Чувствуя, что про него тоже вспомнят, из своего укрытия выбирался пушистый персидский кот Юрик и требовательно орал, показывая на пустые миски.

Олды укатили в ближнее зарубежье – повидаться с тетей и бабушкой, встретить раннюю весну, подышать морским воздухом и помочь грубой физической силой на даче (для этих целей мама потащила с собой отчаянно упирающегося батю).

Примерно через две недели ежедневные гулянки Коляну приелись и потеряли остроту, оставленные родителями деньги подошли к концу, а соседи перестали скрывать ненависть и презрение. В это же время появились первые тревожные новости о начавшейся спецоперации. Не то чтобы Коля воспринял их всерьез: его больше занимали перипетии взаимоотношений с Оленькой-Хельгой и возникшие из-за прогулов проблемы с учебой.