Покоряя тонкие миры

– Пить! – сказал я твердо и уверенно, не понимая, откуда такая уверенность проснулась во мне.

Все просто, это был не тот я, каким себя знал.

Мне подали чашку. Рассмотрев ее мельком, мне показалось, что она выполнена из части черепа человека, но по большому счету, мне было все равно. Отвар передавал рецепторам абсолютно неизвестный привкус, вкусный или не вкусный, было все равно, просто его надо выпить и это все, что я сделал. Помещение поменяло цвет на красный, меня стало выворачивать, я смотрел на всех спокойно, понимая, что это конец.

– Вы справитесь, я в вас не сомневаюсь, – указал я средним и указательным пальцем на человека, и через секунду меня вырвало кровью. – Венкельроуз, моя привязка, ищите меня там…

После этого Лейла уложила меня на пол. Ошарашенная произошедшим, она смотрела в мои затухающие глаза, и у нее из глаз пошли кровавые слезы. Сил уже не оставалось, но я нашел ее руку и сжал, она должна была понять, что это значит. А это значит, что нужно быть сильнее, впереди тяжелые времена.

Семфира в этот момент уже нейтрализовала того, кто подал мне чашку, и сейчас тоже присев рядом с другой стороны, пускала слезу. Я попробовал выйти из тела, поскольку не мог им шевелить, и смысла в нем находиться не видел, но символы, выбитые на теле, не позволили мне этого сделать. Пришлось наблюдать за происходящим с этого ракурса.

Семфира встала и направилась в сторону того, кто принёс мне чашу. Она начала причинять ему боль, а все остальные стали собираться вокруг меня. Я видел их лица и знал их давно, они все тосковали по утрате.

Они не знали то, что я на них смотрю, они видели перед собой лишь мёртвое тело. Лейла зациклилась только на мне. Я чувствовал, что подвёл их к черте, сквозь которую они должны были пройти. Я знал, что моя семья справиться с этим. Думать сейчас не было смысла, и всё было для меня бессмысленно в этот момент. Я дождался, пока все утихнет, и они смогут, наконец, освободить меня. Меня перетащили на мраморный стол, после чего, разорвав символы и плоть, я смог умереть.

Глава 3

Я раскрыл глаза и проснулся в своей тёплой постели. В попытках понять, что же это значило, невозможно было понять ничего. Для меня этот сон был гораздо реальнее, чем моя жизнь. Но это был всего лишь сон, от которого я не мог отойти, и всё остальное померкло в серости будней по сравнению с этим. Я уже не думал о вчера, не думал о сегодня, но я не мог избавиться от мысли, а вдруг это все правда. Конечно, подобное правдой не могло быть.