Тулэрги. По ту сторону дней

Ты должен. – Снова заговорил Ду размеренным, спокойным тоном, как будто был не человеком, а машиной – Задача ясна?

– Гляньте, задвинутый какой! – Если Ду не понимал Ри, то Ри того понимал прекрасно. – Лады, лады! Айда. Скажи, что это за место? – Ри повел рукой, указывая на стены.

– Что?

Ду огляделся и словно только сейчас заметил: он находится совсем не там, где находился прежде.

– Нам сюда нельзя. Это вход в его часть замка. – Слово «его» у Ду прозвучало глухо и как бы отдельно от других слов.

– Чью? Аида, что ли? – догадался Ри.

– Надо уходить.

– Лады-лады, чеканутик! – примирительно закивал Ри. – Разберемся.

Улыбка

Место действия: не определено

Действующие лица: покойный, двойник покойного (в молодости)

Дополнительная информация: неопытный лицедей (новичок)

На лице его висела улыбка. Именно висела: он ощущал ее отдельно от себя, будто бы она была наспех приделана к лицу посредством одного лишь гвоздя. Пронзительная боль сводила мускулы, заставляя их каменеть.

Раньше эта улыбка была его собственной и поддавалась управлению. Раньше… Он стал вспоминать, когда это раньше, как вдруг перед ним возник он сам, только моложе. Ничуть не удивившись такому повороту событий, он хмуро кивнул в знак приветствия. Тот, что был моложе, кивнул в ответ, деловито раскрыл папку, и стал прилежно изучать ее содержимое:

– Тут написано, ты очень жестокий человек. Даже не знаю, верить, нет… – на губах у него была еще та, настоящая улыбка.

 – Ума не приложу, как ты к нам-то попал… – он вдруг запнулся, словно бы проговорившись о чем-то важном.

– Разве мертвый может быть жестоким? – Он вспомнил, что умер.

– Хм… Так ты врубаешься, что помер? – Удивился тот, что был моложе. Потом, смутившись, произнес тише: – Осознаешь себя мертвым?

– Я осознаю себя мертвым давно, – ответил он, словно ставя точку в их диалоге.

Тот, что был моложе, понимающе кивнул и опять углубился в чтение:

– Тут написано, у тебя вместо сердца – фингал!

– Синяк? – Не понял он.

 – Как это?

– А я знаю? – Тот, что был моложе, раздраженно сплюнул.

Он внутренне усмехнулся, заметив про себя, что подобные манеры были не в его привычках.

– Ох, досталось же мне… – Продолжал тот, что был моложе, с настоящей улыбкой.

– Ты – слишком уж мутный кадр. Как родился, так и помер: одно «Я» в окружении «Я»!

– Что? – Он почувствовал, как у него защекотало в носу.