Уровень Дельта

Что ему, умеющему мгновенно менять внешность и проходить сквозь стенки, стоит повернуться и уйти? Но возвращаться к своим настоящим родителям Ризу почему-то не хотелось. А больше ему идти было некуда.

В эту минуту Ризенгри больше чем когда бы то ни было завидовал своему другу. И меньше чем когда бы то ни было мог признаться себе в этом. Он завидовал тем крохотным осколкам – нет, не любви, потому что мутанты по определению не умеют любить друг друга, – хорошего отношения и признательности, которые доставались Дюшке от близких в ответ на его, Дюшкину, к ним любовь.

Супермутант Риз Шортэндлонг был умен, развит, внимателен и даже по-своему чуток. Тем не менее он был совершенно не в состоянии понять, что же ему нужно в жизни, чего не хватало из того, что он получил, заменив Дюшку.

Однако самый большой сюрприз – и приятный, и неожиданный – ждал Ризенгри впереди. Оказалось, что среди свертков, принесенных им от деда, были подарки не только для членов семьи. Дюшка не забыл про Варю, соседей, любимую учительницу.

На самом маленьком пакетике значилось: «Для Веньки Бесова». Риз взял в руки свой подарок и принялся его разворачивать.

– Ты что, Бесу его не будешь дарить? – с удивлением спросила Апреля, наблюдая за его действиями.

Риз остановился.

– Почему не буду? Буду Просто Венька уехал в Скортландию. Так что придется ему подарок почтой послать. Я его по-другому заверну и пошлю.

– А что там?

– А вот не скажу!

Ризи повернулся и побежал наверх, в комнату Дюшки. Ему не терпелось развернуть свой подарок.

Но, добежав, он вспомнил о существовании в комнате следящих камер и повернул обратно.

Ризи заперся в туалете на первом этаже и внимательно огляделся. Вроде бы объективы ниоткуда не торчали. Он развернул сверток. На маленьком плотном куске картона был неумело нарисован портрет юной белокурой девушки. Портрет был не очень хороший и нарисован был не на компьютере, а карандашом, не слишком чисто и даже не особо талантливо. Около носа особенно были заметны следы многочисленных исправлений.

Да и вообще нос Дюшке не удался. И левый глаз на портрете был немного больше правого. Тем не менее в девушке на портрете Ризенгри Шортэндлонг безошибочно узнал свою сестру Джен. Этого не могло быть. Но это было именно так.

Ризи рассматривал портрет, присев на корточки. Вдруг ему показалось, что он не один. Ризенгри медленно поднял глаза и замер от изумления.

На краешке серого в синюю полоску унитаза сидел Славик Тихонович. Собственной персоной.