Нецелованный странник

Я не стал себя долго уговаривать и, поборов всякие сомнения, взял ноги в руки и побежал через незапертую калитку рядом с воротами по прямой, как стрела, аллее к спасительному крову, где, я надеялся на это, меня примут, дадут согреться, и может быть даже, покормят и оставят ночевать. А завтра, отдохнувший и отогревшийся, я покачу дальше, навеки похоронив в глубине памяти воспоминания об этой страшной ночи.

С первым я не ошибся. Меня встретил гостеприимный добрый хозяин, который, как мне показалось, даже как будто ждал меня, настолько хорошо я был принят.

А вот со вторым… Я, конечно же, не мог даже предположить, насколько важное, определяющее смысл всей моей будущей жизни событие ожидало меня этой ночью. Собственно, оно самое, это событие, то, что произошло в этом доме этой загадочной ночью, и является предметом моего рассказа…

* * *

– Налей-ка ещё, старик. В горле сдавило, слова не вымолвить.

– Отчего же не налить, налью. А слово… слово придержи, оно, мил-друг, дорогого стоит, слово-то. Им бросаться негож, оно силу имеет особую – может родить, а может и убить.

Да и знаю я всё, чего рассказывать-то.

– Интересный ты человек, отец, сидишь тут себе на скамеечке, водочку попиваешь, нигде не бываешь, никого не видишь и всё знаешь.

– А как же? Кому же знать, как не мне? Я здеся всё знаю, кое-что и тебе расскажу, что должно рассказать. А остальное, дай срок, сам узнаешь, как я узнал, и кому надо, расскажешь, как я тебе нынче.

– Кому?

– Тому, кто придёт.

– Как это?

– Как ты пришёл.

– Куда?

– Как, куда? Сюда, конечно.

– Откуда?

– Хе-хе, отсюда, сынок. Откудова ж ещё?

– Кто ты, старик? Откуда ты взялся?

– Откудова, говоришь? Да собственно, оттудова, откудова и ты. Я, видишь ли, как бы и есть ты, только пожил подольше, знаю побольше.

– Да-а. Все мы из одного теста, из одного места.

– Хе-хе. Ты, сынок, и представить себе не можешь, насколько ты прав сейчас.

– Что ты имеешь в виду, отец?

– Да что тут иметь. А ну-ка, посмотри туда.

– Ну.

– Что видишь?

– Ну что, закат, солнце садится.

– А дальше что?

– Что дальше? Дальше ночь будет, темно, всё заснёт, как бы замрёт.

– И Солнце?

– Что солнце?

– С Солнцем что будет?

– Солнца вообще не будет, луна будет, вон она уже светит.

– Как Солнца не будет, совсем не будет?

– Совсем.

– А куда же оно денется, погаснет, умрет, испарится?

– Странный ты какой-то. Или издеваешься?

– Ты не про меня, ты про Солнце мне скажи.