Живой алмаз Шаданакара

Последовал резкий удар чудовищной силы, причем казалось, что сила эта с каждой секундой нарастает, вдавливая людей в основание корабля. Последним, что осталось в памяти Кер, была резкая ослепляющая вспышка, запах гари, кипящего расплавленного пластика и крики команды. Алекс накрыл ее своим телом. Все – дальше только темнота.

2014 Анна

После расставания с подругой, Анечка дождалась своей маршрутки и, заняв место возле окошка, направилась домой. Девушка жила в пригородном селе Изварзино, совсем рядом с Донецком.

Водитель вел автобус размеренно, чуть монотонно, часто останавливался и подбирал голосующих. Внутри салона все разговоры были о творящемся беспределе вокруг. Полная тетка на переднем сидении долго спорила с соседом о России и Украине, а затем не сдерживаясь, смахнула слезу краешком платка и звонким фальцетом запричитала

– Да тикать надо, быстрее тикать, пока не побили нас тут и те и другие!

– Куда тикать то, где мы кому нужные, кроме своего дома? – вступила в разговор кондукторша.

– Да хоть куда – не унималась тетка.

– Хату жалко, но детей и внуков еще жалче. Они ж бомбить будут, зверюги бендеровские. Мне мать такие ужасы про войну рассказывала, что я дитем заснуть не могла. Слушайте меня, тикать надо, тикать!

– Но это уж вы явно палку перегибаете – вступил ее сосед по месту.

– Да ниче я не перегибаю, у нас в селе баба Маня, ведунья старая, так вот, она сказала – крови будет море, страсть сколько! А вы перегибаю, перегибаю… Попомните мои слова – тикать надо , тикать!

– Так шож, Россия нас не защитит – спросил старенький дедуля с заднего сиденья.

– Защитит, диду, защитит, никуда мы от России не денемся, всяк одна земля. Тока пока она защитит, наших мужиков перебьют всех – сказала сидящая напротив молодая женщина.

– Да еще не известно, кому больше достанется, нам или им, пуля дура, не уследишь.

– А мне всех жалко, мы ж одно целое, а нас по живому раздирают, как кабанчика разделывают. Все америкосы сволочи, вот кого стрелять надо!

После этих слов кондукторши в маршрутке наступила довольно продолжительная тишина.

Люди сидели молча, с тяжелым выражением лиц, каждый думал о своем.

Анечка мечтала о Лешке. Она была такой молодой, такой окрыленной своим чувством к нему, что бурные события наступившего апреля, совсем не пугали. Девушка не думала о плохом, вернее не думала, что «плохое» может подобраться к ней вплотную, затронуть ее семью, ее родных и близких. Завтра будет ровно год, как они познакомились.