Путешествие из Москвы через Белоруссию в Польшу и обратно. Часть I. СИНЕОКАЯ

Полно инострани. Впрочем, и местной молодёжи немало – возможно, она «золотая», раз по будням не впахивает, а «разгульничает». Тем более начало недели – вторник.

По Зыбицкой же мимо Минской духовной академии мы «поднялись» до Интернациональной (всё для того, чтобы попасть в Верхний город) и двинулись в сторону Ратуши.

– Что это слева? – спросила супруга.

– Дворец Республики. Его «задник», – хитро улыбаясь, ответил я. Чего я так улыбаюсь, сам не знаю, но улыбка моя хитрая.

Тут всё «вместе и рядом»: улицы Энгельса и Ленина (улицы разные), Кирилла и Мефодия (улица одна), площадь Свободы и костёл святого Иосифа, Монастырь бернардинцев и Кафедральный собор Сошествия Святого Духа, Храм святителя Кирилла Туровского и Церковь Святого Духа.

Феодализм, капитализм-буржуазность, социализм и нынешняя незалежность в одном флаконе. Букет эпох. Салат оливье.

*****

Куда мы шли? С какой великой целью? «Большой секрет для маленькой, для маленькой такой компании, огромный такой секрет».

Впрочем, совсем уж грандиозной тайны тут нет.

Сначала, конечно, поужинать (надо же перед сном грядущим чем-то наполнить наши опустевшие за день и оттого оголодавшие желудки), а потом и город посмотреть, и себя показать.

Посему перво-наперво – в гастро-паб «Гамбринус»! Некогда в одну из моих самых первых «гражданских» поездок в Минск (когда тут ещё был слабо развит «ресторанный общепит»), я ужинал именно в «Гамбринусе». Память сохранила приятные воспоминания о вкусной (но здоровой ли?) еде и гарном питие.

Никогда особо не задумывался о том, откуда такое «брендовое» и хорошо запоминающееся название. А вот идёт оно от… Примуса. Но не от того примуса, который «починялся» не шалившим и никого не «трогавшим» Бегемотом из булгаковского романа «Мастер и Маргарита». А от Яна. От Яна Примуса аж XIII века, будто бы правителя и даже «короля» Фламандии, рыцаря и воина и ещё… любителя выпить свежего пивка с подданными-собутыльниками. «Король» настолько возлюбил сей пенный хмельной напиток, что даже записался в члены гильдии пивоваров и стал изобретать собственные пивные сорта.

Так Яна Примуса средневековые художники и скульпторы якобы и запечатлевали – с кружкой пива в руке. А университетские пьяницы-студенты в ходе своих оргий-попоек заплетающимися языками будто бы вместо Примуса прозвали Яна Гамбринусом. С тех пор имечко и прижилось. Стало раскрученным брендом. Вот белорусский столичный, но без рода и племени гастро-паб этим брендом без спроса и воспользовался.