Баудва

Это нарушение…

– Ты мне брось! – ударив по столу, взвизгнул Порсусукиф. – Сказано же тебе, что всё устранили! Это здание «президентиума»! – Порсусукиф поднял руки вверх, произнося слово «президентиум». – Это место, в котором детишки будут узнавать, как наш президент поднял нашу страну. Через неделю могут приехать его представители на открытие. А ты хочешь, чтобы я им сказал, что какой-то Пиписов отказался подписывать бумаги?!

– Это же серьёзное нарушение. Там ещё…

– Молчать! Ты меня учить собрался? Забыл, где живёшь? Не забывайся.

Либо подписывай, либо пошёл вон отсюда. А завтра заявление мне на стол. И потом ищи работу. Куда ты пойдёшь в кризис?

Порсусукиф вытер пот со лба и продолжил более спокойным тоном:

– Слушай, давай по-хорошему. Ты подпиши, представитель президента приедет, порадуется, а потом разберёмся с материалами.

Мотя неохотно, но всё-таки подписал акт приёма, это означало, что формально здание соответствует всем нормативным требованиям, но фактически это было не так.

Помимо дешёвых и горючих строительных материалов, в здании не установили пожарную сигнализацию, во многих местах протекала крыша, а некоторые окна были затянуты прозрачной полиэтиленовой плёнкой. Но рассказывать обо всех выявленных нарушениях было бессмысленно, они никого не интересовали.

«Зато не придётся искать работу», – успокаивал себя Мотя.

Он позабыл, что хотел зайти в кафе, и поспешил домой. По пути на остановку он увидел разъярённую толпу стариков, набросившихся на мусорный контейнер.

Среди них началась борьба за просроченные продукты, которые выбросил ближайший магазин. Обычно продавали даже товары с истекшим сроком годности, а выбрасывали те продукты, которые уже зеленели и теряли товарный вид, но даже на них находился спрос.

Мотя ехал в автобусе, плотно набитом пассажирами. Автобус подпрыгивал на кочках, в салоне постоянно что-то гремело. Мотя ехал стоя. Напротив него сидели две женщины и возмущались ростом цен на продукты.

– Ты видела, сколько морковь стоит? Дороже, чем фрукты заграничные.

Это просто ужас какой-то. Скоро будем питаться одними крупами.

– А я давно уже мясо не покупаю. У меня муж говорит, что скоро пешком все будут ходить. Цены на бензин тоже ведь растут. Скоро и проезд подорожает.

– Так на прошлой неделе подорожал.

– Опять подорожает. Я в газете прочитала.

К ним обернулся дед, на лице которого была неописуемая ярость.

– Вы чего, бабы, разнылись? – прошипел он.