Пруссия – наша

Тогда мы перешли дорогу к пиццерии «Пеперончино», где для нас нашли маленький столик в глубинах залов. Хелюля заказал глинтвейн, а я ? фруктовый чай. Не знаю, какой еще город кроме Кёнигсберга может так располагать к питью горячего вина. Хелюля проникся этим настроением.

Степан ждал нас напротив кирхи королевы Луизы. Вместе с ним мы обошли и рассмотрели это здание. Затем у памятника Барону Мюнхгаузену Степан предложил нам забраться на ядро, но мы отказались. Мы даже не стали фотографировать эту фигню, чем снова удивили Степана.

Тогда он повел нас к памятному знаку в честь участников развития и восстановления Калининграда. «ПОДНЯЛИ ИЗ РУИН ЯНТАРНЫЙ НАШ КРАЙ» ? сколько боли в этом. Я из тех, кто, глядя на результат, думает о трудном пути до него.

А вы знаете, что немцев, которые не покинули Кёнигсберг, тут просто заставили умереть? Им не давали еду, им не давали работу, они строили плоты и пробовали уплыть на них в Германию по Балтийскому морю, и гибли, гибли без конца, забыв о людской милости.

Хотя каким-то единицам повезло, и они нашли лазейку в русский мир.

Затем мы прошли немного обратно и направо, мимо деревянного дома и бомбоубежища, и вышли к перголе королевы Луизы. Там осталась лавочка и дерево. Вазоны и профиль Луизы вывезли. Итак. Главная река Калининграда – это Преголя, а лавочка с растительным навесом – это Пергола. Запоминаем и не путаем!

Название следующего нашего пункта я тоже запоминаю – Амалиенау – элитный район города, где до сих пор живут свой век немецкие виллы.

Свободных домов немного, и все они стоят сумасшедших денег даже по московским меркам. Здесь так уютно, никаких высоток, все как будто нарисовано для нарисованных человечков.

Но в Амалиенау есть несколько маленьких советских построек. Они бесят глаз, но не сильно. У одного подъезда Степан показал нам деревце с пушистым стволом. Я сказала, что это похоже на рога марала ? алтайского оленя ? и попала в точку, ведь это был сумах оленерогий. Хелюля спросил, что за маралы, о которых я говорю.

Боже! А ведь мы с ним ездили на Алтай. Хелюля там пробовал котлеты из этого самого марала. Вот так ? вожу его, вожу, а он все забывает!

Мы рассмотрели много домов, увидели много деталей, прошлись по белорусскому скверу, по Kastanienalle. Да, я бы точно хотела тут пожить. Мне очень нравится Кёнигсберг. Нет, я уже влюблена в него.

Хелюля перевел Степану деньги за экскурсию. Я сказала, что наша прогулка получилась очень нескучной.