Клиника «Вскрытие покажет», или Живым вход воспрещён. Часть 2

так отключить… Где справедливость?!»

«Переработался уже, прямо света белого не видишь! – начал сердиться Дэн. – Вот попрошу профа сварить какую-нибудь отраву и усыплю тебя. Будешь тогда знать, как спорить!»

Почувствовав, что Денис действительно разозлился, амулет повздыхал, постонал ещё минутку для приличия и сообщил:

«Не переживай, док, я сам отключусь, у меня это изначально заложено: мой создатель тоже, знаешь ли, монахом не был!»

«Точно?» – Дениса ещё терзали сомнения, но так как он понимал, что максимум, что ему сегодня светит – это поцелуй, то решил поверить Глюку на слово, но потом проконсультироваться с тем же Хописом.

На всякий случай…

Как ни странно, по пути к лавке Летиции его никто не отвлёк, не пристал с расспросами, и даже пронырливого главного редактора, предпочитающего следить за ним лично, не было видно. Видимо, достаточно поздний вечер разогнал по домам самых даже любопытных.

Так как цветочная лавка госпожи Ханны была уже закрыта, то Денис свернул к трактиру Симеона, чтобы прихватить к чаю пару пирогов с ягодами.

Он ещё по прошлой жизни прекрасно помнил, что указать на дверь человеку, принёсшему вкусненькое, гораздо сложнее, чем тому, кто явился с пустыми руками.

В окнах трактира, к счастью, ещё горел свет, и когда Денис вошёл, то обнаружил Симеона стоящим за стойкой и что-то подсчитывающим. Увидев позднего посетителя, трактирщик не стал ни ворчать, ни кричать «Мы уже закрыты. На часы посмотри!», а совершенно невозмутимо вышел из-за стойки и присел за ближайший стол.

– Вы поужинать или перекусить? – доброжелательно поинтересовался этот святой человек. – Есть ещё теплые овощи с грибами и мясо. Будете, док?

Денис тяжело вздохнул, виновато посмотрел на Симеона, кивнул и решил, что если он придёт к Летиции чуть позже, то ничего страшного не случится: ведьма не была похожа на человека, который рано ложится спать.

Трактирщик лично пошёл в кухню, погремел там кастрюлями и буквально через минуту поставил перед Денисом большую тарелку с неприлично вкусно пахнущей едой.

Нафаня мог быть доволен: Дэн съел всё и с трудом поборол желание вылизать тарелку, чтобы на ней не осталось даже самой маленькой капельки этой невероятно вкусной подливки. Но воспитание всё же победило, хотя, судя по довольной усмешке Симеона, порыв был замечен.

– Спасибо, – сыто отдуваясь, сказал Денис, – я даже не подозревал, какой я, оказывается, был голодный.