Небо цвета лазурита

– Почему в тебе сидит такое стойкое желание, даже больше – стремление искать общества простого народа? Не хочешь проводить время с образованными нильдарами и нильдарками, не посещаешь ужины и балы, где предоставляется такая возможность, – Марианна вежливо молчала, зная, что любой ответ не понравится. Селдрион продолжал. – Вспоминаю иногда наши зимние вечера, столько занятных историй ты мне рассказывала о своем мире. Надо бы возобновить эту традицию, пока ты не уехала.

– Ну нет, что вы, – Марианна небрежно махнула рукой, – Мой детский лепет не стоит вашего времени.

Селдрион вскинул на нее быстрый взгляд стальных глаз, в котором она заметила угрюмую раздражительность.

– О, как мне жаль, – говорил медленно, стараясь придать голосу трагичности, не соответствующей взгляду. – Как я мог так ранить тебя, что ты до сих пор вспоминаешь?

– Нет, нет. Все в порядке, – отмахнулась девушка. – Сама ляпнула, не знаю зачем. – Но он встал и принялся расхаживать по комнате.

– Возможно, мы оказали тебе не такой хороший прием, как могли.

Я и сам, лично, совершил несколько непростительных ошибок, признаю. – Он положил руку на сердце, опершись о спинку кресла. Его глубокий приятный голос в очередной раз успокаивал Марианну. Теперь она не смотрела на него, а просто слушала, уткнув взгляд в подлокотник кресла, понимая, что не имеет возможности так просто уйти от разговора.

– Я даже не знаю, как исправить мне то, что уже сделано. Это увы, непоправимо. – Он вздохнул и повернулся к окну.

– Ничего страшного, я скоро уйду, будет у вас одной заботой меньше.

– Вот, в том то и дело…Что ты будешь делать там? В вашем мире. Ты думала об этом?

– Конечно думала, – уверенно отвечала она, – Закончу учебу, построю карьеру, объеду весь мир, возможно, встречу свою любовь, и так далее и много разных житейских дел. Может буду работать в посольстве, тем более что такой опыт уже имеется, – она скромно засмеялась.

– Посольство, карьера, любовь… понятно, понятно. Значит еще не встретила? – Он кольнул ее взглядом, чтобы она осознала, как проговорилась.

Поджала губу. Увидев этот жест Селдрион, засмеялся внутри себя, вспоминая свой гнев. Письмо-то ненастоящее. – Так значит если ты еще одинока, – он опять поставил акцент на последнем слове, – то конечно необходимо и справедливо искать свою любовь. Все это мне понятно, но что ты будешь делать потом?

– Что потом?

– Что ты будешь делать после всего этого?

– Как понять? Как все люди, полагаю.