Пансионат «Графские Развалины»

По вечерам сотрудники ходили в бар в деревне, там, как и прежде, продолжали обсуждать работу, трудности, смешные ситуации. Работа стала их жизнью, вытеснив все, что было до этого.

Постигая основы новой деятельности, Марида заметила нечто интересное, а именно: самым важным в общении с клиентами было подбирать нужные слова. Один и тот же смысл, выраженный разными словами, мог, как успокоить человека, так и вызвать у него приступ ярости, и она научилась использовать правильные выражения. Клиенты любили ее за готовность помочь и умение выслушать.

Рассказывали они часто, и Марида понимала, что многим из них просто не с кем поговорить, поэтому они рассказывают о своих проблемах милой девушке за стойкой.

Она продолжала вести свой дневник, куда записывала в том числе истории, рассказанные ей клиентами пансионата.

История первая.

Я стояла за стойкой. Было около полудня. Мэтт ушел обедать. Было тихо и спокойно. Лето еще не началось, и в пансионате почти не было клиентов.

Распахнулись двери и вошли трое: мужчина с седой бородой и всклокоченными седыми волосами, по лицу его было видно, что он любитель напитков покрепче воды. Он был одет в длинный плащ цвета хаки, он прихрамывал. Его сопровождали две женщины, одна – его возраста, бледная невзрачная. Скорее всего – жена. Вторая моложе. Несмотря на плащ, скрывавший фигуру девушки, было видно, что она ожидает ребенка. Девушка была некрасивой, полноватой с веснушчатым лицом.

– Есть номер? – грубовато бросил мужчина.

– Вам номер на троих? – спросила я. – У нас есть такие номера. Пожалуйста, заполните регистрационные карточки.

Мужчина заполнил карту, и оказалось, что эти люди – мои соотечественники. Андрей Дружинин, Маргарита Дружинина и Аня.

– Сейчас мой коллега проводит вас, – сказала я. – Вы планируете оплатить проживание сразу?

– Да, за три недели, – буркнул Дружинин и бросил на стол увесистую пачку денег. Я провела оплату.

– Пошли, не будем ждать, сами найдем! Пошевеливайтесь! – сказал он жене и дочери.

– Не пойду я никуда! – сказала вдруг Аня, и слезы покатились по ее щекам. – Я не хочу!

– Не хочет она! Я сказал ты пойдешь, дрянь такая! – и он отвесил ей подзатыльник, Аня тихо вскрикнула.

Я не имею права вмешиваться в отношения между клиентами. Но я не могу видеть, как бьют женщину, тем более в таком положении.

– Пожалуйста, без рук! – попросила я.