Академия Последнего Шанса – 3. Если хочешь, останься

Леонард, как никто, знал, как много внимания женщины уделяют внешнему виду собеседника. Ты можешь быть каким угодно умным и эрудированным, но если на тебе мятый камзол, плохо вычищенные сапоги или кружево на рубашке не того цвета, не стоит рассчитывать на внимание красивой женщины. А если она ещё и влиятельна… Можно сразу уходить!

При этом Леонард всё время пытался вспомнить, где, когда и при каких обстоятельствах он мог слышать это имя – Лимейна, но память категорически отказывалась давать подсказки. «Ладно, – решил для себя граф, – вот увижу её и тогда наверняка вспомню».

Припомнив инструкции Теодора, граф в сопровождении Мортимера подошёл к болоту и остановился, не пересекая неофициальной границы, обозначенной поваленным деревом. Из души почему-то исчезла та лёгкость и ощущение счастья, которые царили в ней с утра. Их сменило чёткое ощущение опасности, а под сердцем поселилась и начала разрастаться тревога.

– Ну и чего ты так напрягаешься? Женщины всегда опаздывают, точно тебе говорю! – на удивление легкомысленно спросил импозантный господин в золотых очках, нарочито небрежным жестом извлекая из кармана массивные часы на толстой золотой цепочке.

– Слушай, а зачем тебе такие часы? Я понимаю, что дорого, но вульгарно же, – с искренним интересом спросил Леонард у своего напарника. – И они не гармонируют с образом…

– Это у тебя не гармонируют, – обиделся господин в очках, – а у меня очень даже. Я, может, всю жизнь о таких мечтал, но не мог себе позволить. А теперь – могу! Вот к шкуре они действи…

Господин в очках прервался на середине фразы, так как безмятежно гладкая глянцевая поверхность болота сначала пошла рябью, а потом рядом с местом, где стояли посланцы академии, вода начала сначала медленно, а потом всё быстрее, закручиваться в бездонную воронку.

Леонард молча смотрел на образовавшийся провал в чёрное ничто и понимал, что явно недооценил силы, которые существуют по соседству с академией, ибо тёмная дыра неприятно напоминала вход в пространственный карман. И что оттуда выйдет или выпрыгнет, предсказать не взялся бы никто.

Но, как и рассказывали Теодор и Кеннет – при этом второй настолько эмоционально размахивал крыльями, что чуть не свалился со своей жёрдочки, – из бездонной глубины поднялась молодая женщина, красота которой не могла не потрясать. Она была настолько идеальной, что просто по умолчанию не могла быть настоящей. Женщина оценивающе оглядела послов академии и снизошла до улыбки.